Он возвел вокруг своих владений прочные стены, закрыл их мраком и холодом, и тщетно пытался пробиться к ним разъяренный Красный — только полыхали за оградой огненные зарницы и до звезд вставал огонь его гнева. А на четвертый день Жрец встал с их с богиней ложа, надел черные доспехи, взял свои клинки и пошел утверждать превосходство, заперев жену в своих чертогах.
Долго выбиралась она, ломая черные стены — отчаяние придавало ей сил, выбиралась и слышала вой и стон содрогающихся небесных сфер и звон оружия. И когда, наконец, сокрушила свою темницу, то не помня себя понеслась к месту битвы, только чтобы не дать случиться непоправимому.
Три дня и три ночи сражались божественные братья. По всей Туре в небесах полыхали молнии, и грохочущее эхо великой битвы закручивалось чудовищными синими грозами, опускалось на землю ревущими воронками ураганов. От ударов божественных соперников стремительными потоками разбегались во все стороны облака, и кровавое солнце светило в небесном окне над их головами, сменяясь туманной красной луной.
Люди не видели их — только самые проницательные, да наделенные магическим даром, да те, в ком была кровь божественная, могли уловить, как сталкивались в небесах две огромные крылатые фигуры, ростом выше самых высоких гор, и как от столкновений этих земля шла волнами, а моря и реки вставали стенами, с грохотом обрушиваясь обратно.
Над цветущим континентом Туна разыгралась завершающая часть сражения. От столкновения стихий земля не выдерживала, лопалась, истекала красной лавой, плевалась вулканами, выжигая леса и озера, пашни и города.
Соперники все бились и бились — и дрожала планетарная ось, и не было сейчас на свете силы, которая могла бы их остановить.