Он искал пути вернуть силу. Примкнул к ритуалистам, пытал в лаборатории темных магов, даже драугов ловил. Пытал молодых, отданных семьей антов, пытаясь сделать их бесперебойным источником магии. Батарейкой.
К сожалению, батарейки жили недолго. Он был в отчаянии, пока к нему не пришел Клавис с безумной идеей сделать живой артефакт.
Маги делают артефакты из насекомых, а он сделает из человека.
Сама же Клео… их не интересовала. Ни его, ни Клависа. Сейчас смешно это вспоминать, ведь именно с Клео все началось, но тогда он видел только бледную полуобморочную девицу с опасным, иномирным происхождением.
— Она иномирянка… — возразил Байлок тогда. — Если она умрет, император нас не пощадит.
— А если и умрет? — возразил Клавис. — Что с того? Люди умирают из-за всякой ерунды, а весь мой клан подтвердит, что я ухаживал за ней, как за родной сестрой.
Конечно, если бы он знал, что этот чахоточный цветок — Истинная Рейнхарда, он бы не решился. И никогда бы не открыл биполярность иномирной магии. Забавно, но именно Клео оказалась виновата в смерти этих девчушек, которым не удалось похвастаться такими же удачными результатами.
Но Лоре могла вызывать демонов, на этот ее таланты заканчивались, то ли дело Клео, плетущая невиданной силы обереги и артефакты, а теперь оказавшаяся способной переродить душу дракона. Как же он хотел ее заполучить, но этот дурак Клавис умудрился полюбить собственную вещь и ни в какую не хотел ее отдавать.
Все-таки Байлок очень вовремя подкинул его матери идею отпустить девицу из клана.
Но к тому моменту, как он заполучил Клео… что-то произошло.
Рядом с его артефактом поселился волк, полностью составленный из черной магии, а сам артефакт сутками строил глазки Серебряному анту. Рейнхард сутками крутился около Клео, а когда их удалось хоть немного рассорить, около нее снова появился Клавис.
Весь этот грязный суд… Смерть Клависа была неизбежна, хотя и легла пятном на репутацию Байлока.
Но магия Клео искупала любой грех.
— Скажи мне, девочка, как твоя магия шагнула с тридцати единиц к тремстам?
Я упрямо мотнула головой скидывая руку Байлока со щеки.
Он не знал. По глазам видела.
— Твоя магия увеличилась на три сотни единиц и стала черной… Впрочем, можешь не говорить. Ты сама расскажешь мне обо всем, когда станешь полностью моей вещью.
— Рейнхард придет за мной.