— Ты просто будешь, Клео…
Рядом со мной раздался удар, и я вяло отодвинула руку, ставшую вдруг тяжелой и неповоротливой. Послышался лязг. Но я, как слепая, даже не понимала откуда идет шум. Заклинание нира Байлок исчезло, стало легче дышать, и больше никто не давил на горло, а запястье обожгла знакомая боль. Рей пришел за мной!
— Глупый мальчишка! Невиданная мощь идет мне… нам в руки! Что знаешь ты о потерях, о силе?!
Голос Байлока доносился сквозь морок. Кто-то пытался меня приподнять, но я сознательно удерживала себя в стазисе.
Я всегда была трусихой. Казавшаяся сильной со стороны, я перекладывала решения за свою жизнь на плечи родителей, врачей, обстоятельств, искала советчиков среди медсестер и больных, и в конечном итоге потеряла жизнь, лишь потому что не захотела сама взять ее в руки.
Кто осторожно встряхнул меня:
— Клео, моя милая, прошу… Просто открой глаза! Клео!.
Голос Рея, его беспокойство согревали. Стоило протянуть руку, и Рейнхард с радостью будет оберегать меня всю жизнь. Станет моим мечом, щитом и сердцем.
Но я больше не хочу этого.
Я положила руки на живот, словно пытаясь физически ощутить живущую во мне магию. Спресованную в маленький черный брикет, невидимую глазу.
— Нир фор каллен… — сказала я и тут же поняла, что не так, неправильно. Я говорю неправильные слова.
Рей снова меня коснулся, пробиваясь сквозь темноту, п после его руки вдруг исчезли. Снова слышался лязг мечей, крики, запахло кровью, но я заставила себя остаться в темноте. Но глубинная тишина во мне уже дрогнула: Рей в опасности, нужно бежать, двигаться, помочь ему!
Я было дернулась навстречу звуку, выплывая из темноты, но из волчьих глаз на меся смотрела древняя забытая магия — моя магия.
Обняв ладонями мордочку новорожденного волка, я ласково поцеловала его в лоб. На этот раз мне был не нужен стародраконий, слова шли из глубины моей сути, как если бы писались кровью на дьявольском контракте.