— Если мы можем восстановить им конечности, вернуть подвижность, почему бы не сделать этого? — я продолжил, чувствуя, как в голосе проступает уверенность. — И не взять их в род? Они будут служить не просто верой и правдой, они будут служить на совесть.
В кабинете повисла тишина. Бабушка задумчиво сложила пальцы в замок перед собой и опёрла подбородок о них.
— Единственное, — добавил я, — я бы предложил скрепить их принятие клятвой крови. Чтобы, если кто-то вдруг решит стучать Ордену…
— Это был бы смертельный номер, — тихо закончила она.
Я кивнул.
— Да, Юра, решения у тебя рациональные… но столь же жестокие.
— А как же? — я пожал плечами. — Либо верность, либо смерть. Другого не дано. Тратить время и силы на предателей мы не будем.
Бабушка задумалась, её взгляд скользнул по портретам предков на стене.
— И, конечно, — добавил я, — нас будут интересовать не все подряд, а только те, кто может быть полезен. Кого-то возьмём в поместье, пусть работают здесь. Кто-то останется в столице и станет нашими глазами и ушами.
Бабушка прикрыла глаза, будто просчитывая варианты.
— И, опять же, — я остановился напротив неё, — лучшая база для поисков — ветераны и выпускники интерната. Интернатские — наши же воспитанники.
Бабушка медленно выдохнула и подняла на меня взгляд.
— Я подумаю над твоим предложением, — сказала она наконец. — Возможно, кого-то и удастся найти. Но запускать в поместье первого встречного я не стану.
Она встала и подошла к окну, глядя туда, где за деревьями виднелись крыши вольеров с химерами.
— Однако… — её голос стал тише, — это нападение. Такое демонстративное, наглое… Оно заставляет задуматься.
Я улыбнулся. Значит, она согласна.
План начинал обретать форму.
* * *Завершающим этапом первого занятия бабушка провела меня к клеткам с животными, которые сегодня были расставлены иначе — попарно. Она предложила мне угадать или предположить, можно ли из этих двух существ создать одно. Совместимы ли они? Это оказалось невероятно интересной практической частью нашего занятия.