Трудно сказать, сколько времени я пролежала, распластанная на животе. Риз неутомимо растирал мне спину.
Потом я почувствовала, что снова могу двигаться. Тошнота утихла… Я перевернулась на спину и увидела его лицо. Я крепко обняла его за талию. Риз молча поцеловал мне волосы. Я мысленно твердила себе, что это не более чем кошмарный сон из нашего прошлого. Мы выбрались оттуда и остались живы. И впредь я никогда и никому не позволю издеваться над моим Ризом. Никогда и никому не позволю мучить и унижать моих сестер.
Никогда.
Глава 22
Утром, пока мы одевались, и потом, во время обильного завтрака, я ощущала направленное на меня внимание Риза. Он не пытался меня расспрашивать о причинах моих истошных воплей посреди ночи.
Ночные кошмары уже давно не беспокоили нас и не темнили сознания, размывая границы реальности и видений.
И только в передней, пока ждали Кассиана, Риз все-таки спросил:
— Может, расскажешь… про ночь?
Он стоял, прислонившись к перилам лестницы. Я повернулась и вновь почувствовала боль в спине.
— Необязательно мне. Расскажи кому-нибудь из наших.
— Даже сама не знаю, в чем дело. Может, это из-за грядущей войны. Из-за того, что слишком много поставлено на карту… Похоже на попытку разбередить рану, которая медленно затягивалась.
Затягивалась благодаря нашим совместным усилиям.
Риз кивнул. В его глазах я не увидела ни страха, ни упрека.
И тогда я рассказала ему о кошмарных видениях. Без утайки, спотыкаясь в тех местах, которые и при ярком утреннем свете заставляли меня вздрагивать.
Когда я окончила рассказ, меня трясло. Но Риз был прав: мне надо было выговориться. Произнести все это вслух. И кольцо ужасов разжалось. Растаяло, словно роса на солнце. Даже дышать стало легче. Если бы еще и спина перестала болеть!
Риз подошел ко мне и молча поцеловал. Один раз. Второй. Через мгновение хлопнула входная дверь, и появившийся Кассиан сказал, что по утрам он плохо переносит наши поцелуи. Риз что-то прорычал в ответ, затем, взяв меня и Кассиана за руки, совершил переброс на остров, где находилась Тюрьма.
По нам хлестал ветер. Риз крепче обычного сжимал мои пальцы. Кассиан благоразумно помалкивал. Уже на острове Риз поцеловал меня в третий раз, нежно. Это было так приятно среди серого сумрака и ревущего ветра.
Остров, где находилась гора с Тюрьмой в ее недрах, в любое время года оставался холодным и туманным. Мы находились у подножия этой горы. Ее каменистые склоны покрывал белесый мох.