Кейр не дрогнул под его взглядом.
— Готов признаться, что я… благоволю замыслам Сонного королевства.
Мор поежилась. Глаза Азриеля, как два ледяных кинжала, пронзили Кейра, но тот не дрогнул и под взглядом иллирианского воина.
— Скорее всего, не ты один им благоволишь, — сухо ответил Риз."
"Зал освещался громадной обсидиановой люстрой в виде венка из ночных цветов. Внутри каждого подрагивал серебристый шарик фэйского света.
— Между жителями Сонного королевства и нами есть много общего, — хмуро заметил Кейр. — И они, и мы заперты и обречены на застой.
— Насколько помню, ты веками делал все, что пожелаешь, — вклинилась Мор.
Кейр даже не взглянул на дочь, и это вызвало новую вспышку гнева Азриеля.
— Разве мы здесь свободны? Даже эта гора не принадлежит нам целиком, поскольку на вершине стоит твой дворец.
— Позволь тебе напомнить, что здесь вообще все мое, — криво усмехнулся Риз.
— Население Сонного королевства заперто на острове, мы — в недрах горы. У нас с ними схожее мышление, и эта схожесть позволяет мне считать их… родственными душами.
— Тебе приглянулся дворец на вершине? — спросил Риз. — Бери. Я и не знал, что ты его жаждешь.
Ответная улыбка Кейра была почти змеиной.
— Должно быть, Ризанд, ты отчаянно нуждаешься в моей армии. Никак твои тяжеловесные летучие мыши былую прыть потеряли? — спросил Кейр, с нескрываемой ненавистью поглядев на Азриеля.
— А ты поупражняйся с ними, — тихо ответил Азриель. — Тогда на своей шкуре прочувствуешь.
В чем Кейр явно преуспел за века своей никчемной жизни — так это в искусстве насмешек и издевательств.
— Думаю, ты уже решил, сколько стоят твои союзнические обязательства, — сказал он Кейру.
— Определился, — ответил Кейр, буравя меня глазами.
Меня мутило от его взгляда и всего этого разговора.
По залу пронесся вихрь темной силы. Подвески на люстре глухо зазвенели.
— Смотри, Кейр, не продешеви, — предостерег Риз.
Кейр нагловато улыбнулся — сначала мне, затем и Ризу. Мор замерла.
— Ризанд, а что ты способен мне дать за помощь в войне? Мы помним, кем ты был при Амаранте. Может, обретение пары тебя изменило?
Кейр не забыл наш прошлый визит сюда. Он хорошо помнил и покалеченную руку, и унижение, какому подвергся на глазах своих придворных.
А Риз… Он сейчас был олицетворением смерти, не знающей ни сроков давности, ни пощады.