Риз собрался опустить меня на землю, где ждали Элайна и Амрена, как Неста вдруг сказала:
— Подожди.
Риз замер в воздухе. Неста смотрела на армаду, на нашего отца, без страха идущего в самую гущу морского сражения.
— Используйте меня в качестве приманки, — сказала Неста.
— Нет, — вырвалось у Кассиана.
Неста даже не взглянула на него.
— Королю плевать на своих солдат. Котел для него дороже. И сейчас он торчит возле Котла, готовя новый удар. Даже если вы и доберетесь туда, вам придется заставить короля уйти от Котла подальше.
— Как? — тихо спросил Риз.
Мне показалось, что его вопрос подтолкнул замысел, который уже маячил в голове Несты.
— Король не знает, сколько силы я похитила у Котла. И если… если я все обставлю так, словно собираюсь пустить эту силу в ход… он бросится ко мне со всех ног с единственной целью — убить меня.
— Он и убьет тебя, — прорычал Кассиан.
Неста крепко сжала его руку:
— А тогда в игру вмешаешься ты.
Страж Несты, помогающий расставлять ловушку на короля.
— Нет, — заявил Риз.
Неста насмешливо фыркнула:
— Ты не мой верховный правитель. Я вольна делать, что пожелаю. Если вместо Кассиана отправишься ты и король тебя учует, это все испортит. Тебе тоже нужно держаться как можно дальше от того места.
— Я не позволяю тебе рисковать жизнью ради этой затеи, — объявил Кассиану Риз.
Я была склонна поддержать его мнение.
Кассиан взглянул в сторону поредевших иллирианских цепей, державшихся за счет воли и решимости Азриеля.
— Присутствия Аза там вполне достаточно.
— Я сказал «нет», — отрезал Риз.
Никогда еще я не слышала, чтобы он говорил подобным тоном с Кассианом или с другими.
— Это единственный отвлекающий маневр, который сработает, — хладнокровно возразил Кассиан. — Единственный способ заставить короля отойти от Котла.
Он крепче сжал в руках Несту.
— Риз, ты и так всегда все отдавал. Ты целых пятьдесят лет проходил тот ад ради нас. Думаешь, я не знаю, что там творилось? Знаю, Риз.
Кассиан тряхнул головой. Солнце тускло блестело на его крылатом шлеме.
— Так позволь нам отплатить тебе тем же. Позволь вернуть долг.
— Вы ничего мне не должны.
На последнем слове голос Риза дрогнул. Я даже зажмурилась, думая, что у меня разорвется сердце.
Голос Кассиана тоже дрожал.
— К сожалению, я уже никогда не смогу отплатить твоей матери за ее доброту. Пусть это будет моим даром ее памяти.