– Надеюсь, что первая группа выйдет завтра утром, – сообщил Элайджа.
– Хорошо. Я подожду их в Пределе Спессы, прежде чем отправиться в Атлантию. Тогда мне будет гораздо спокойнее переваливать через горы Скотос. Но я не буду ждать слишком долго. Сейчас западные дороги свободны, однако это ненадолго.
– Ты знаешь, что я не уеду, пока не отправятся все до последнего.
Меня опечалило то, что всем этим людям придется покинуть свои дома. И неважно, что так было задумано задолго до моего прибытия. Я ускорила осуществление этих планов.
– Знаю. Вот почему тебе доверили этих людей. – Кастил взял у Элайджи поводья – Увидимся дома, дружище.
– Увидимся. – Элайджа посмотрел на меня. – Не давай нашему принцу расслабляться. Я хочу услышать много историй о том, как вы деретесь.
– Не нужно ее поощрять."
"Кастил обвил рукой мою талию, и через мгновение я устроилась между его бедер, а моя спина прижалась к его груди.
Хотя я не забыла о том, как мало места на спине лошади, мои воспоминания об этом потускнели. Не уверена, что мне нужен плащ, но по прошлому опыту я знаю, что нет никакого проку сидеть прямо, как столб.
И, по правде говоря, мне не хотелось отодвигаться. Не знаю, вызвано ли это желание стремлением избежать неудобства или же тем, что произошло прошлой ночью… Его подарком, поцелуем в кладовке, нашими общими секретами и всем, что было между нами.
Элайджа прижал кулак к сердцу.
– Из крови и пепла.
– Мы восстанем, – закончил Кастил, и у меня внутри все оборвалось.
Эти слова – клятва Темного, обещание, данное его народу и сторонникам, разбросанным по всем королевствам.
Когда-то эти слова были предвестниками хаоса, несущими боль и смерть. А теперь Темный сидит за моей спиной.
Я выйду за него замуж.
Временно.
И я позволила ему целовать меня. Прикасаться.
Потому что мы притворялись.
Ничего из этого не было настоящим.
– До встречи. – Элайджа поклонился мне.
– Надеюсь, ваше путешествие пройдет без приключений, – сказала я, удивив саму себя и, наверное, Кастила, потому что его рука в ответ крепче стиснула меня.
Я говорила искренне, потому что… что ж, мне нравится, как Элайджа смеется. Даже когда это меня раздражает.
А местные жители и так испытали достаточно жестокости и горя.
– Я тоже, – ухмыльнулся Элайджа, отступая назад. – Принц, хотя она в этом не нуждается, береги ее.