Неста изогнула ухоженную бровь. Даже в нашей хижине, когда мы ели впроголодь, она всегда следила за бровями.
– В подобных местах? И что же это, по-твоему, за место?
Любопытные посетители уже поворачивались в нашу сторону. Я была их верховной правительницей. Меня никто не заставлял сюда приходить. Если я позволю себе оскорбительно высказаться о таверне и ее гостях, вряд ли потом стоит рассчитывать на поддержку простых горожан.
– Элайна очень устает от шумных мест. Громкая музыка плохо на нее действует.
– Прежде она была другой.
«Пока ты и твой двор не затащили нас в этот мир. Вы отняли у нее радость жизни». Эти слова Неста не произнесла вслух, но они висели в воздухе.
– Жаль, что ты так и не удосужилась побывать у нас. Ты бы увидела, как Элайна привыкает к новой жизни. Но балы и гости не имеют ничего общего с тавернами. Туда Элайна никогда не ходила.
Неста открыла рот, очевидно желая увести меня от первоначальной цели визита.
– Впрочем, речь не об Элайне.
Холодные глаза Несты полоснули по мне.
– Так, может, перестанешь ходить вокруг да около? Ты прервала нашу игру. Мне не терпится ее возобновить.
Мне хотелось смахнуть карты на пол, липкий от пролитого эля.
– Послезавтра – День зимнего солнцестояния.
Неста сидела не шелохнувшись. Я подалась вперед, положив на стол руки с переплетенными пальцами.
– Скажи, что́ побудило бы тебя прийти?
– Ради Элайны или ради тебя?
– Ради нас обеих.
Неста снова усмехнулась и оглядела зал. Посетители добросовестно старались не смотреть в нашу сторону. Я поняла, что Риз окружил стол магическим заслоном, не пропускавшим ни звука.
– Ты что же, подкупаешь меня? – насмешливо спросила Неста.
Я не дрогнула:
– Ищу доводы, которые ты сочтешь убедительными. Ищу способ показать тебе, что визит к нам – не пустая трата твоего времени.
Ногтем указательного пальца Неста толкнула стопку карт, и они разлетелись по столу.
– Это даже не наш праздник.
– А ты попробуй войти в праздничную колею. Возможно, тебе понравится.
– Я уже говорила Элайне: у вас своя жизнь, у меня – своя.
Я вновь обвела глазами зал таверны, мысленно спрашивая Несту: «Ты это называешь своей жизнью?» Вслух задала другой вопрос:
– Почему ты так упорно держишься от нас на расстоянии?
– А почему я должна быть частью вашего веселого гнездышка? – спросила Неста, покачиваясь на расшатанном стуле.
– Ты – моя сестра.