Есть карета, есть кони, и надо куда-то мчать.
Когда отпускает мороз, возле биржи и базара всегда толпится народ. Торгаши, нищие, юродивые, бродяги, дезертиры, мазурики, воры, фабричные и дворовые люди. Кого только нет! Азямы, армяки, картузы, шляпы. Вон в круглой фуражке с красным околышем и без козырька, усач с медалью на груди, кричит:
— Гас-па-да! Пожалуйте что-нибудь герою обороны Севастополя!
Кто его знает, может, и в самом деле участвовал. Недавно выпустили медали юбилейные и раздали всем, кто во время знаменитой этой обороны был в совершенных летах.
— Гас-па-да!..
Приостановилась пролетавшая мимо карета, в окошечко высунулась тонкая ручка в длинной лайковой перчатке, бросила на снег монету. Дохнуло на миг французскими духами, и карета умчалась.
А вот черная карета, и занавесочка алая. А Кони! Красавцы, буланые жеребцы. На козлах — нарядный кучер. Эта карета тоже затормозила возле усача. И дверца приоткрылась, и выглянул из нее маленький, и тоже усатый. В цилиндре он и в галстуке-бабочке, с сигарой в зубах.
— Вчера только третью часть выручки отдал. Думаешь, не знаю, сколько на самом деле было? Я к тебе глаза приделал! Еще раз обманешь, загрызу! Давай навар!
Дверца кареты захлопнулась. Маленький усач, спрятал деньги в карман, вытащил из него бумагу, развернул, прочитал: «Предъявитель сего господин Отто Шнайдер есть агент Волжско-Камской пароходной компании». Маленький оскалил коричневые зубы, ухмыльнулся. Да, бумага совсем как настоящая.
"А мимо приметная черная карета с золотыми орлами! Вот это да! Сам губернатор по Почтамтской катается. Ну, ясно, что кони у него лучше, чем у Рака, губернатор все-таки, его превосходительство!
И ошибся Рак, думая, что в карете сидит губернатор, его там вовсе не было. В карете вообще никого не было. А все это придумал Шершпинский. Люди пусть думают: вот едет губернатор по Почтамтской.
А губернатор-то в этот самый момент сидел в простенькой на вид, плотно зашторенной карете.
Мадам Ронне понимала, что ее обман — не обман, а просто — реклама. Ну, не из Парижа она приехала, а с прииска, кому какое дело? Шляпки она шьет самые настоящие французские.
Верочку определила в пансионат. Так лучше.