– Ты… плачешь?
– Нет, – солгала я, смаргивая слезы. – Или да? Не понимаю, почему. Просто… я никогда не видела ничего подобного.
Ударил колокол, напугав меня и птиц, вспорхнувших с колокольни. Раздалось три удара подряд. В Бухте Сэйона колокола звонили иначе, возвещая о времени.
– Оповещают город о нашем прибытии, – заверил Кастил, и я кивнула.
Эмиль оглянулся и посмотрел на Кастила. Кивнул и выехал вперед. Подстегнув лошадь, он поскакал быстрее и миновал здание в конце моста.
– Куда это он? – спросила я.
– Во дворец, известить о нашем прибытии, – сообщил Кастил. – Мы поедем обходной дорогой. Там будут люди, но гораздо меньше, чем на пути Эмиля.
Излишне говорить, что я была ему благодарна. Я и без того переполнена впечатлениями. Не хватало еще, чтобы жителей Эваемона приветствовала рыдающая размазня.
Вольвены и Нейлл остались с нами. Солдаты и Хранительницы, ждавшие в тени у входа в здание, поклонились в пояс, когда мы проезжали мимо. Мы повернули на восток и ступили на пустую дорогу за длинной колоннадой, расположенной у самого моста.
– Для чего эти здания? – поинтересовалась я.
– В них находятся механизмы, которые преобразуют воду в электричество, – объяснил Кастил, держа Сетти поближе ко мне. – В городе ты увидишь еще несколько таких.
– Изумительно, – прошептала я.
Вдоль дороги медленно открывались двери домов, выстроенных из песчаника, и оттуда показывались любопытные лица.
– А также скучно и сложно, – заявил позади нас Нейлл.
– Но ты мог бы перечислить каждую деталь оборудования и рассказать, для чего он предназначен, – заметил Киеран.
– Правда. – Нейлл улыбался, когда я оглянулась на него. – Мой отец – один из многих людей, которые присматривают за механизмами.
– Присматривает? – фыркнул Кастил. – Скорее он – сердце этого производства. Его отец отвечает за то, чтобы эти древние колеса работали и у всех был доступ к благам, которые дает электричество.
– Должно быть, твой отец очень умен, – сказала я.
Мой взгляд скользнул по лицам в окнах. Они не казались враждебными. Похоже, зеваки в основном сосредоточились на вольвенах, бегущих по улице.
– Так и есть, – ответил Нейлл с теплой, как солнце, гордостью.
Полдюжины вольвенов вместе с Делано отстали. Я обеспокоенно потянулась к нему и нашла свежее, как родник, ощущение его отпечатка.
«Все хорошо, – заверил он через мгновение. Ответ был нерешительным, словно он еще не привык общаться таким образом.