Пальцы скользнули по гладкой поверхности болта из кровокамня, а ноги… исчезли. Или так казалось. Колени подогнулись.
Меня подхватили руки, остановив падение, и на мгновение аромат насыщенных специй и хвои заглушил резкий металлический запах крови, толчками вытекающей из раны. Я подняла голову.
– Я с тобой. Все хорошо. Я с тобой.
Я увидела широко раскрытые янтарные глаза с расширенными зрачками – дикие глаза. Его взгляд стал диким, когда он быстро взглянул на мою грудь. Он опять сосредоточился на моем лице и сказал:
– С тобой все будет хорошо.
Я не чувствовала себя хорошо. О боги, не чувствовала вообще ничего хорошего.
В воздухе пронеслось движение, и рядом с нами появился Киеран. Его обычно смуглая кожа была бледной. Он положил руку у основания болта, пытаясь остановить кровь.
Прикосновение было мучительным. Я дернулась, пытаясь увернуться.
– Это… больно.
– Знаю. Прости. Знаю, что больно. – Кастил глянул на Киерана. – Можешь посмотреть, насколько глубоко зашло?
– Я не вижу выступов на болте, – сказал он, глядя поверх моего плеча.
Я содрогнулась. Мне доводилось стрелять стрелами, похожими на эти болты. Они зазубренные, чтобы наносить больше вреда.
– Кровь, Кас, – добавил Киеран. – Ее слишком много.
– Знаю, – вымолвил Кастил.
Его слова потонули в треске, ворчании и влажных чавкающих звуках, которые раздались где-то позади нас.
Киеран схватил меня за левое плечо, и мое тело содрогнулось от боли. Я закричала. Или это был лишь вздох. Что-то влажное и теплое пузырилось на губах, и это было плохим знаком.
– Прости. Я стараюсь держать твое тело неподвижным, чтобы не затронуть болт. Прости. Прости, Поппи, – снова и снова повторял Киеран.
Он продолжал это твердить, и я хотела его успокоить, потому что он говорил задыхаясь, слишком взволнованно. Он никогда не был таким взволнованным.
Кастил начал двигаться, и я попыталась свернуться клубочком, уклониться от боли, пошевелить ногами. Но… Пульс участился, я лихорадочно закатила глаза и запаниковала.
– Я… не чувствую… ног.
– Я это исправлю. Обещаю. Я все это исправлю, – клялся Кастил.
Я уставилась поверх его плеча в ночное небо – яркие, как бриллианты, звезды исчезали одна за другой.