Андрей Алексеевич задеревенел, его голос приобрёл металлические нотки:
— Потому что единственный способ, которым любая из них станет императрицей — это через мой труп. И если это случится, за престол начнётся такая свара… Что им на нём всё равно не усидеть.
Лицо императрицы потемнело, её пальцы вцепились в подлокотники.
— С чего ты взял? — повторила она уже холодно.
Принц достал из кармана небольшой амулет и бросил его на стол между ними. Камень слабо замерцал радужными бликами.
— Так уж вышло, что у меня оказался иллюзорный амулет достаточно высокого ранга. И под тем прекрасным флёром, который источали все княжны скопом… — он сделал паузу, его губы искривились в гримасе отвращения, — открылась весьма неприглядная картина. У них такое кровосмешение налицо в прямом и в переносном смысле, что просто чудо, как они вообще дожили до своих лет!
Императрица замерла, её пальцы сжались так, что костяшки побелели.
— К тому же, — продолжал принц, медленно обходя кофейный столик, — у меня появились вопросы к твоей кузине.
— Не нужно! — императрица резко встала, её кресло с грохотом отъехало назад.
— Я, конечно, понимаю, что у них приличное приданое в приграничных землях, — продолжал принц ледяным тоном, — но даже ради нескольких кусков территории я не намерен губить линию наследования, — он сделал шаг вперёд.
Комната наполнилась напряжённым молчанием. Императрица первой его нарушила:
— Надеюсь, твоё отношение к кузинам не изменится теперь, когда ты знаешь правду? Нам не нужен международный скандал.
Её сын усмехнулся, подхватив амулет со стола и убрав его в карман:
— Не изменится, мама.
— Конечно же нет! — вспыхнула императрица, но небольшая заминка перед ответом сказала принцу больше, чем он хотел бы знать."
"До этого момента он свято верил, что мать, хоть и австриячка по рождению, искренне радеет за империю. Но теперь в его душе поселились сомнения.