А Фаська, двоечник, на второй год останется, и все на рога встают, лентяя, идиота жалеют, по психологам таскают…
Штильман обвел рукой переговорную.
– Давно когда-то мы все, как бешеные белки в клетке, перегрызлись. Я Сергея терпеть не мог за то, что Варя к нему ушла, а потом из-за потаскуна не пойми куда уехала. Полагал, она жива, о том, что Стеклову Афанасий убил, впервые сейчас услышал. Я в шоке пребываю. Но несмотря на ошеломление от известия, способности мыслить логически не потерял. Выслушайте теперь меня со всей внимательностью.
Тут будет реклама 1
Сергей мне нагадил. Я сильно переживал из-за Вари. Но времени с тех пор много прошло. Я нашел свой путь и даже благодарен Сергею за все его пакости, они мне добром обернулись. Что бы случилось со мной, останься я на прежней работе? Защита докторской диссертации? А дальше? Чтение лекций тупым студентам? Написание одной монографии за десять лет? Перспектива в шестьдесят лет стать маразматиком, который на автомате бубнит курс наук зевающей молодежи.
Тут будет реклама 2
Дальше что? Что дальше? Надгробие с надписью «доктор наук»? И? Что хорошего Лазарь сделал? Я теперь испытываю к Сергею благодарность, не случись истории с Варей, я бы мог стухнуть в НИИ. Яма прошлого давно закопана. Назовите хоть одну причину, по которой я мог бы желать смерти Фаси и Тони. Деньги? Я не их наследник! Поймите, история со Стекловой – это, как говорят немцы, плюсквамперфект [6]. Я о ней давно не вспоминал, никогда девушку не искал, полагал, что она уехала к тетке.
Тут будет реклама 3
Штильман повернулся к Але:
– А тебя мне жаль, очень! Даже представить не могу, каково жить, зная, что твой сын убийца. Как ты с этим справилась?
Алевтина прикрыла глаза рукой.
– Молча. Я очень любила и до сих пор люблю Сережу. Афанасия тоже обожала. На многое закрывала глаза, заново построила счастливую жизнь. Забыла прошлое. Все шло хорошо, пока кто-то не отравил Фасю и не попытался убить Тоню.
– Это точно не я, – воскликнул Лазарь, – клянусь памятью покойных родителей.
Тут будет реклама 4
Не я. Ну включите логику. Что я получу в случае смерти Афанасия? Мы с ним вообще никак не связаны! Никак. Мстить Сергею спустя столько лет? Смешно, господа! Я объяснил уже: благодарен ему. Из-за этого бабника я ушел из НИИ, стал заниматься вирусом беременности. Мне теперь интересно жить. Чай с Кирпичниковым пить не желаю. Но никакого зла на него не держу. Если он в беду попадет, помогу."
"– А я тут при чем? – воскликнул Семипалатин.
