А если решился проглотить его, жидкость, налитая в грязную посуду, принесет нам холеру, болезнь Боткина или еще чего похуже. И москвич, который заболел, вернется домой, помчится к своим врачам, те выпишут антибиотики, а они как мертвому припарка. Дипломаты, которые работают, например, в странах, где распространена малярия, прекрасно знают: пей для профилактики не французские, немецкие, американские таблетки, а местные.
Вирус, который вызывает у человека неостановимое желание сочинять, рассказывать небылицы, а потом приводит к смерти, получил название Каравани по местности, где он распространен.
Лариса взяла чайник.
– Совсем остыл. Сейчас свежий заварю.
– Вы уверены, что у Афанасия была та самая болезнь? – осторожно уточнила я, глядя, как хозяйка хлопочет в зоне кухни.
– Нет, конечно, – отозвалась Лариса.
– Похоже на нее, – сказал за спиной мужской голос, – но есть отличия.
От неожиданности я вздрогнула и обернулась. В кухню-гостиную вернулся Венедикт Платонович.
– Вам надо поговорить со Штильманом, он собирает вирусы.
– Вирусы? – изумилась я. – Это же не марки.
– Каждый сходит с ума по-своему, – прокомментировала слова мужа жена, – попался мне тут недавно журнал «Хобби», вот уж диву далась! Чего только люди не хранят! Пробки от бутылок, сигаретные пачки, обертки от жвачек! Один ветеринар держит в шкафу собачьи фекалии.
– Звучит странно и неприятно, – заметила я, – но пустая коробка из-под сигарет не опасна. А вирус? Он может болезнь вызвать. Я думала, что пробирки содержат исключительно под замком, выдают по запросу…
– Совершенно верно, – остановил меня Венедикт, – одно из таких хранилищ находится под Новосибирском, там жесточайший контроль. По решению ВОЗ в мире оставлены всего две коллекции оспы. Одна в США, другая как раз в поселке Кольцово.