— Я собирался попросить вас выписать из телефонной книги имена и адреса всех людей по фамилии Джекил или Хайд. Я понимаю, что это звучит идиотски, но…
— Простите, сэр, я думаю, вам лучше сесть.
Голос Холмса чуть-чуть дрожал. Ребус уставился на него и по лицу молодого человека понял, что произошло что-то ужасное.
* * *Ребус распахнул дверь кабинета для допроса свидетелей. Лицо его было цвета маринованной свеклы, и едва поспевавший за ним Холмс опасался, как бы инспектора не хватил инфаркт. В комнате находились двое сотрудников сыскной, оба без пиджаков, как после тяжелой работы.
Мальчишка с лисьей физиономией, известный Ребусу под именем Джеймс, тоже вскочил со стула, стоявшего у другого конца стола. Стул грохнулся на кафельный пол.
— Не подпускайте его ко мне! — взвизгнул он.
— Послушайте, Джон… — начал один из детективов, сержант Дик, но Ребус поднял руку, чтобы показать, что он не собирается скандалить.
Сотрудники сыскной переглянулись, не уверенные в его искренности. Ребус заговорил, не спуская глаз с парня:
— Это, милый мальчик, даром тебе не пройдет. — Подчеркнутое спокойствие Ребуса выдавало его яростный гнев. — За это я подвешу тебя к потолку за яйца, поверь дяденьке на слово.
Парень понял, что на растерзание Ребусу его никто не отдаст, осмелел и осклабился:
— Ну да, сейчас.
Ребус рванулся вперед, но Холмс схватил его за плечо.
— Бросьте, Джон, — произнес второй детектив.
— Не сомневаюсь, — прошипел Ребус, и Холмс вытащил его за дверь.
Ребус стоял в полутемном коридоре, опустив голову. Ярость его прошла, но он все еще с трудом верил в произошедшее.
— Инспектор Ребус!
Они оба резко обернулись. Перед ними стояла секретарша Уотсона. Она тоже выглядела испуганной.
— Вас хочет видеть суперинтендант. Мне показалось, что речь идет о каком-то исключительно срочном деле.
— Еще бы."
"Он шагнул в ее сторону с таким свирепым видом, что она отпрянула.
* * *— При всем моем уважении, сэр, позволю себе заметить — эту мразь подкупили.
Это золотое правило Ребус заучил с армейского времени: когда ругаешься, разговаривая со старшим, — никогда не забывай вставлять «при всем моем уважении, сэр». Тогда никто не обвинит тебя в нарушении субординации.
— Джон… — Уотсон сцепил пальцы, поднес их к лицу и принялся изучать, будто никогда раньше не видел. — Мы вынуждены принять дело к расследованию.