— С вами, блин, закалишься, никуда не денешься. Ладно, что там у тебя? — вполне обычным тоном спросила она.
— Не у меня, а у нас.
— Интересно. Ой, у тебя кофе здесь нет?
— Откуда?
— Ну, в Академии у старост привилегии, я надеялась, что и здесь не без этого.
— Ага, размечталась. В общем, наш таинственный капитан корвета — Тобс. Он нарочно изменил голос, когда мы прибыли, чтобы его и не вычислили.
— Да ну! Хотя нет, я не удивлена. Вполне логичный поступок с его стороны, мы ведь его любимая группа, он несет за нас ответственность, в том числе материальную.
— Я не о том. Повторяю ещё раз для непонятливых: Тобиас Крин — капитан корвета «Быстрый». У тебя мозги без кофе что, вообще не соображают?
Идарика непонимающе хлопала ресницами, зевала и достаточно вяло шевелила извилинами. Зря я её разбудил, похоже. Сплоховал.
— Капитан корвета «Быстрый», капитан корвета… Ох ты ж блин! Так это получается… Слушай, а нафига ему работать нашим мастер–инструктором, если он птичка столь высокого полёта? Мне, конечно, приходит в голову одна мысль, но уж больно она фантастическая, — Ида, кажется, даже проснулась.
— Но ведь так похожа на правду, да?
— Всё к этому сводится. И даже Лада.
— Что Лада? — не понял я, при чём здесь начальник медслужбы.
— Так её вечно нет в лазарете, потому что она спит с Тобсом. Я давно их заприметила. Ещё тогда удивилась, как в нашей академии, где все на виду и где всё строго регламентировано, они позволяют себе совершенно безобразным образом нарушать правила.
— Хм.
— Кир, можно попросить твою Таню…
— Нет, Таню я ни о чем просить не буду, сами разберемся.
— Ну, это уже дома тогда.
— Терпит. Сколько у тебя датчиков в каюте?
— Ой, тьма тьмущая!
— Отключать будешь?
— Не, мороки много, а смысла нет, всё равно у тебя болтаем, так что страдай сам, — довольно закончила Идарика.
— Будь другом, проверь ещё ты, всё ли отключил.
— Один момент. Но стоило, конечно, сделать это до разговора, — не упустила возможности попенять мне заместитель."
"Рика села в удобную позу и практически мгновенно ушла в себя.
В этот самый момент я окончательно осознал, что наша судьба предрешена, жизнь расписана до мелочей, ускользнуть или обыграть систему не удастся.