Представь, эта электронная предательница недавно вызвала медслужбу, когда я, видите ли, по её мнению выпил слишком много кофе. Лада, ты её знаешь, радостно заявилась, ворвалась, можно сказать, без спросу, — делился я, упорно не желая признавать, что поступок Маруськи был совершенно оправдан, более того, заложен в её программу Кириллом, и действовали они из любви. Но кофе — страшный наркотик, и меня натурально ломало, я не был способен внимать доводам разума.
Таня изо всех сил старалась не улыбаться, пока слушала мою трагическую историю, и в конце предложила принести чай, поскольку Маруська не выходила из кухни, справедливо опасаясь моего гнева.
— Хорошо, — буркнул в ответ на предложение. — Я пока оформлю приём–передачу биоматериалов. Открывай чемодан.
Таня закрылась на кухне и наверняка бессовестно хихикала там вместе с Маруськой, может, даже кофе пила под вытяжкой, чтобы я не почувствовал любимый аромат. Зато когда она вернулась с двумя чашками чая я уже извлёк все необходимые пробирки, отсканировал их ярлыки, вернул на место и убрал чемоданчик в холодильник.
— Продублируй данные на браслет, пожалуйста.
— Готово! — Не стала откладывать «на потом» Татьяна.
— Удаляй у себя, — потребовал я и добавил строго: — И не вздумай оставить хвосты.
— Дамир, об этом проекте вообще кто–нибудь знает?
— Только мы с шефом, — вынужденно признал я.
— Ты сотрёшь мне память? — совершенно спокойно уточнила Таня.
— Нет, временно заблокирую. Когда появятся дополнительные сведения, сниму решётку и ты продолжишь работу.
— Совершенно определенно не отказалась бы. Кстати, вряд ли кто–нибудь другой смог бы решить эту загадку.
— Почему? — насторожился я. Таня не выглядела самодовольно, напротив, словно сама была удивлена произошедшему и до сих пор не пришла в себя.
— Я… не знаю даже, как тебе сказать, это довольно необычно и шокирует, хотя когда я все хорошенечко обдумала, поняла, что даже не удивлена этому…
— Таня!
— Ты не чистокровный человек, — выпалила девушка.
Я даже чашку отставил в сторону. Вот это новость! Всем новостям новость! Притом только для меня, ведь наша система распределения, уверен, приложила к этому свою длинную руку.
— Если ты сейчас скажешь, что адмирал Традониадаль — мой родственник, я в принципе, наверное, не сильно удивлюсь.