Девушку–мечту! Ради которой действительно хотелось постараться! Удивить! Восхитить! Доставить удовольствие!
— Кирилл?
— А? Прости, отвлекся. Что ты сказала?
— Уже неважно..
Она подошла и протянула руку, призывая следовать за ней. А я, стыдно сказать, замялся, хотя никогда в жизни не смущался ни женского внимания, ни проявленной прекрасным полом инициативы.
Но с Таней всё было иначе. Здравый смысл объединился с чувствами и только и талдычил, что это не просто влюблённость или навязанные специально обученными людьми эмоции.
Мы остановились в центре кабины, не размыкая рук.
Таня смотрела влюблённо и страстно, непроизвольно покусывала нижнюю губу и всё больше краснела. И от этих её простых реакций я дурел, как подросток в пик полового созревания. И не мог ни о чём другом думать, кроме как о её шикарном теле и стоящей рядом кровати.
— Тань, — низким и немного хриплым голосом отвлёк красавицу от неприличных мыслей, потому что если свои желания я был способен контролировать, то её эмоции выбивали у меня почву из–под ног и провоцировали, провоцировали…
— Что? — тихонько прошептала маленькая негодница, прижавшись губами к моему уху и не отстранившись.
— Барышня, ведите себя прилично, — мечтая совершенно о противоположном, пытался образумить свою ненаглядную.
— Не хочу!
— Коварная соблазнительница, — улыбаясь этой невинной попытке обольщения, прижал девушку к себе. — Сегодня вечер невинных поцелуев, — коснулся губами кончика изящного носа, — так что, юная леди, никаких шалостей. Пожалуйста.
— Последнее слово прозвучало как–то жалобно, — заметила она довольно.
— Я не железный.
— Точно? — Таня шутя потыкала пальчиком мышцы груди и шеи, затем их погладила ладонью, словно желая убрать неприятные ощущения, которых на самом деле и близко не было. — А может, каменный?
— Хотелось бы, но, к моему огромному сожалению, это не так, так что держите себя в руках, о прекрасная.
— Точно прекрасная?
— Точно–точно, — подтвердил с улыбкой.
Глава 11.