Мужчин такое наследство делало внешне несколько менее мужественными, что впрочем для аристократии не являлось минусом. Тонкие пальцы как у виртуозных скрипачей, пианистов, изящные как у танцоров фигуры, длинные шеи, худые лица, бледная кожа. В городских низах их называли фагэтами (*педиками от англ. faggot), но какое дело королевской фамилии до низов?
— Сестричка! — воскликнул принц, беря её за руку. — Неужели нас с тобой бросили на произвол дворцовой охраны и скучных сенаторов?
— Не нас, тебя, — поправила Грай, аккуратно высвобождая руку.
— Ты не можешь бросить меня! — опечалился принц.
— Уделишь наконец время бедной Рози, — ответила Грай и более не слушая нытьё брата, упорхнула в сторону выхода.
Дама Розалина Хейзл была любовницей Фроди, но его похождения по злачным местам на пару с шутом, оставляли мало времени для отношений.
Между тем суета нарастала. Судя по слухам все каюты на королевской яхте уже расписали, не осталось ни единого места и на яхте дофина. Двор собирался переехать туда почти полностью. Аристократы из провинции устраивались на яхтах богатых дворянских родов, что решили присоединиться к флоту.
— Вся петушиная ферма отправляется на охоту, — заметил Маскариль. — Почему Грай должна оставаться дома?
— Ты-то останешься, я надеюсь? — сказал принц, поворачиваясь к шуту.
Вопрос не являлся праздным, не являлся и просто вежливым оборотом.
— Из-за их военных утех, мне придется сидеть тут безвылазно, — принц вздохнул. — Эх, а я так надеялся слетать на Надаль, развеяться.
— В таком случае тебе не стоит осуждать брата и сестру.
— Боюсь меня даже не выпустят из дворца, — вздохнул Фроди. — Протокол дело такое. Принцев не спрашивают.
— Ваше высочество, — тихо, но отчетливо произнес распорядитель. — Его Величество король Сигурд ждёт вас.
Шут и барон остались в приемном зале, а принц шагнул в распахнутую слугой дверь.
Глава третья.