Я бы и рад не думать об этом, но, видя ее каждый раз, когда приходила ко мне с отчетом, вспоминал колкие слова, все чаще видя за обвинениями искреннюю горечь и разочарование. Хоть я-то, собственно, и не очаровывал ее никогда, чтоб разочаровываться. Все это одновременно бесило и изводило так, что к концу недели просто отослал ее, велев больше не приходить.
—Обсуди это с Тимом, мне сейчас некогда. И да, ближайшие три дня меня не будет, все вопросы с Лиходееву, — почти прямым текстом послал и она пошла. Явно довольная, будто груз с плеч упал.
От меня избавиться.
— А скоро срок жениться, — напомнил Горыныч, будто я сам того не знал. Такие вещи не забываются. Чем ближе к дате, тем отчетливее я понимал, что проклятие — просто насмешка Чернобога.
Иллюзия спасения.
Никакого спасения не было. Взять, к примеру, маму. Казалось бы, по всем параметрам подходила, а нет — не вышло. И никто ведь не мог точно сказать, как это работает.
Вздохнув, поморщился.
—Что Ядвига? Узнал что-нибудь? — накануне отец сам сподобился позвонить. Спрашивал, как дела идут в “Костях”, как устроилась его протеже. Хорошо ли себя показала. Он, сука, обо мне так не пекся, кажется, как о стажерке этой. Сказать, что подозрительно — очень преуменьшить. Но при этом я все никак не мог понять, почему. С чего моего эгоиста и мудака отца вдруг заботит судьба какой-то соплячки.
—Ничего, — Свет отложил бумаги. На листах мелькнуло имя Ядвиги. — Сам можешь ознакомиться, если хочешь.
— Здесь все?
—Ну все, что ты хотел узнать, цвет ее трусов и отметка за физкультуру в школе, надеюсь, тебя не интересует?
Цвет ее трусов я, как раз, очень хорошо помню, так что это сам могу кому надо описать в подробностях.
— Сам-то веришь, что шанс есть? — по глазам видел, что не верит. Он и в свой-то шанс не верил давно.
-Если бы это было легко достижимо, то не было бы проклятием, — Свет поднялся, будто торопясь закончить диалог, и пошел к двери. — Ты видел, что там стажерка твоя с Тимом наворотили за сегодня? Я бы советовал подготовиться морально. — И вышел.