Кот, который проходил сквозь стены

Они слишком откровенно проявляют свои дружеские отношения на людях. Если бы между ними что-нибудь было, они бы, наверное, старательно избегали друг друга за табльдотом. Кроме того, я думаю, Макс очень осторожен, не станет заводить роман. Он никогда не здоровается за руку даже с мужчинами. – Она захихикала: – Уильям говорит, что Макс из тех, кто сушит зубную щетку феном для волос.

Квиллер раскуривал трубку, Розмари потихоньку попивала из своей кофейной чашки. Потом она сказала:

– Вы думали когда-нибудь, что мистер Маус – одинокий и несчастный мужчина?

– Не знаю, с чего бы ему быть таким, – сказал Квиллер.

 – У него ведь есть французские ножи и плита с восьмью конфорками.

– Вы все шутите, – насупилась она. – Жена у него умерла, как вы знаете, а сердце его не лежит к профессии юриста: ему бы завести свой ресторан. Во вторник я приехала домой поздно и увидела свет в кухне. И решила выяснить, что там такое. Там был мистер Маус, он сидел за столом, сжав голову руками. На глазу он держал кусочек сырого мяса.

– Кусочек его любимого филе, конечно.

– Ну нет, я не продолжаю.

– Пожалуйста, извините меня.

– Он сказал, что сидел на скамейке возле реки и поскользнулся на пирсе, когда уходил. Это ведь довольно грустно – сидеть у реки одному, а?"

"– Мне он дал другое объяснение, – сказал Квиллер. – Хотите потанцевать? Я тоже грустный, одинокий, несчастный мужчина.

Они танцевали медленно и были задумчивы. Квиллер хотел было предложить прогуляться при лунном свете, как вдруг почувствовал полное изнеможение.

Он встал на рассвете, ходил по рынку, потом это длинное путешествие на машине, гребля (он не брался за весла лет пятнадцать), а потом танцы и обильный ужин…

– Вы устали? – спросила Розмари. – У вас был длинный день. Почему бы нам не пойти наверх?

Квиллер с благодарностью согласился.

– Хотите, я помассирую вам шею и плечи? – предложила она. – После массажа вы будете хорошо спать. Но сначала примите горячую ванну, чтобы не болели мышцы от гребли.

Она наполнила для него ванну, подкрасив воду минеральными солями в салатный цвет.

И после того, как он пролежал предписанные двадцать минут, достала бутылочку с кремом, слегка пахнущим огурцом.

Успокаивающий массаж, душистый крем, Розмари, бормочущая что-то, из чего он слышал только половину, усыпили его. Он чувствовал… Он хотел сказать… Но он так расслабился… уже почти заснул… может быть, завтра…

Был полдень, когда Квиллер проснулся и узнал, что Розмари на ногах уже с семи и успела обойти вокруг озера.