Кот в мешке

Как в анкете советских времен: «не был, не привлекался, родственников за границей не имею…» А лучше свести все на шутку, поговорить ласково, убедить, что Лолочка устала с дороги, переутомилась, вот ей и мерещатся разные глупости… Разумеется, Лолка не поверит ни единому его слову, но главное — все (Отрицать.

— Ну, дорогая, — фальшивым тоном начал Маркиз, — ну что ты так расшумелась…

Лола наклонилась и метнула в него одну за другой три пары туфель, которые Пу И вытащил из шкафа. Маркиз увернулся от одной пары, вторую поймал, а третья ударилась в закрытую дверь, потому что он поспешно ретировался.

Лола глубоко вздохнула и плюхнулась на кровать.

— Истеричка! — крикнул Маркиз из-за двери. — Я проклинаю тот день, когда с тобой связался! Какой бы спокойной была моя жизнь без тебя!

Он кривил душой, потому что тоже очень рассердился — одна туфля успела оцарапать ему щеку острым каблуком.

— Вот видишь, Пу И, — горько сказал он, — мне попало из-за тебя. Если бы не твои хулиганские методы… Зачем тебе понадобилось устраивать разгром шкафу? Что вас все в шкаф тянет, медом там намазано, что ли?

Пу И никак не отреагировал на укоризненные слова, он с увлечением катал по полу какой-то бумажный шарик.

Из кухни раздался крик попугая, Пу И, бросив свою игрушку, помчался туда.

Маркиз совершенно машинально поднял бумажку и понес ее в мусорное ведро.

Все знают, что, имея в доме животных или маленьких детей, никогда не следует выбрасывать непроверенные бумажки: они могут оказаться неоплаченным счетом за междугородние переговоры или гарантийным талоном на недавно купленный электрический чайник.

Дойдя до мусорного ведра, Маркиз развернул бумажку. Это был сильно попорченный зубами Пу И билет в Малый оперный театр. На обороте Маркиз едва разобрал сегодняшнее число и надпись «Риголетто».

«Еще одна любительница оперы», — подумал Леня, и у него стало как-то неуютно на душе.

После сильно наперченного мяса диплодока ужасно хотелось пить. Леня подумал, что первобытные люди потому и не вымерли, что никогда не ели мяса динозавров.

Он поставил чайник и решил, что хорошая яичница ему не помешает. Он положил на сковородку несколько ломтей ветчины, затем разбил в миску пять яиц, добавил туда немного молока — Лола не любила, когда много — вылил смесь на сковородку и положил нарезанные кружочками помидоры. Надо было бы еще перца, но у Маркиза и так была изжога от диплодока, поэтому он посыпал яичницу смесью сухих трав, которую Лола привезла из Испании.