Их глаза встретились под покровом одинаковых черных вуалей, и Маргарет мягко сказала:
– Береги себя, сестрица.
Из глаз брызнули слезы.
– Спасибо тебе, – прошептала Белла, но Лахлан уже повлек ее прочь.
Несколько десятков шагов – и они очутились в густом кустарнике. Лахлан крепко прижимал ее к себе. Оказавшись наконец под надежной защитой, Белла не смогла отказать себе в удовольствии склонить голову ему на грудь, наслаждаясь теплом и силой. Теперь, прижимаясь к нему и ощущая его сильную руку на своей талии, она могла позволить себе минутную слабость, постараться забыть все, что произошло.
Она уже и забыла, какой он сильный, какие крепкие у него мускулы и твердая грудь. Ее сердце екнуло – это от долгого сна пробуждалась к жизни ее женская сущность. Она вливалась огненной лавой в ее жилы, и никакая сила воли не могла ее остановить. Она задыхалась, напрасно пытаясь убедить себя, что запыхалась от бега.
Она негодовала на собственное тело, которое ее предало. Учитывая, что произошло между ними, ей следовало оставаться холодной как лед. Она не собиралась обмирать от чувств. Смерть мужа ничего не изменила. Лахлан Макруайри заблуждался на ее счет – и сегодня не меньше, чем два года назад.
Но ей не хватало решимости вырваться из его объятий.
– Давайте глянем – получилось ли у нас? – прошептал Лахлан ей на ухо.
Белла решила не обращать внимания на холодок, который пополз вдоль спины, и попыталась сосредоточиться на том, что происходило впереди.
Солдаты быстро опомнились, окружили посланника Лахлана и, выхватив у него Маргарет, о чем-то заспорили. Девушка тем временем что-то сказала одному из солдат, и через минуту здоровяк заковылял прочь.
Освобожденную от тяжелого груза телегу быстро поставили на колеса, а бревна, которые с грохотом неслись с холма, угрожая смести все на своем пути, уже были убраны. Маргарет усадили в карету, которая, по счастью, вместе с лошадьми не пострадала, и через несколько минут отряд продолжил путь к монастырю.
Белла дождалась, пока кавалькада скроются из виду, и лишь тогда взволнованно заговорила:
– Как вы думаете, у нее все будет хорошо?
Лахлан поставил Беллу на ноги и взглянул в лицо.
– Думаю, не просто будет хорошо: она будет счастлива. Ведь ваша кузина сама этого хотела, так почему же вас удивило ее решение? Белла, вы ни в чем не виноваты.