Ради тебя! Разве не в этом долг и обязанность мужа?
– Давид…
Сворачиваюсь на его груди клубочком.
Чувствую сейчас особенно сильно то, какой он большой. Я помещаюсь на его груди вся, полностью.
Белая кожа почти светится на фоне его, смуглой.
Мы все еще тяжело и рвано дышим.
Наши тела все еще слегка потряхивает.
Но внутри уже щелкает что-то самое главное. Да. Я научусь! Я научусь ему доверять. Даже больше. Думать о нас, как об одном целом!
– Значит, наказания не будет?
Смелею настолько, чтобы задать этот вопрос.
Поднимаю на него глаза, чуть лукаво прищурившись.
Надеюсь, мой муж все-таки меня простил?
– Как это не будет?
Обхватывает мои бедра с легким рычанием.
Одним рывком валит на спину на постель и нависает сверху.
Черные глаза жадно полыхают золотыми вспышками.
– Еще как будет, Саида! Еще как! С этого момента ты заперта со мной в этом номере! И я тебя не выпущу! Совсем никуда! Пока не сделаю с тобой все, чего мне так хочется! А хочется мне многого. Поверь!
Ох…
Внутри меня все снова сжимается.
Даже стискиваю бедра, потому что между ног все вдруг начинает полыхать!
Этот мужчина настоящий дьявол! Он даже одним словом способен задевать какие-то мои дико чувствительные точки! Одним звуком своего голоса!
– Я как твой муж даже запрещаю тебе подниматься из постели! Хотя… Думаю, скоро ты и не сможешь встать на ноги!
И почему мне кажется, что он воплотит свои угрозы? По полной программе!
Глава 12
С этого момента Давид полностью остался себе верен, как и всегда.
Началось наше заточение.
Шампанское. Клубника со сливками. Разнообразнейшие деликатесы, которые нам приносили прямо в номер.
За это время я не видела ни одного человека. Еду и все, что заказывал Давид даже не вносили в номер. Он забирал все у самой двери, возвращаясь ко мне с грозным видом. Говорящим о том, что я настоящая пленница и шанса выйти или поговорить с кем-то у меня нет!
О… Эти сладкие пытки, которые он мне устроил!
Лаская меня бесконечно. Неутомимо.
То мучительно-нежно.
Я не знаю, сколько времени прошло.
Ночь слилась с днем.
А мы не отрывались друг от друга.
Ласкали. Просто лежали рядом, обнявшись. Молчали и жарко признавались в своих чувствах.
Лакомились деликатесами прямо в постели. Или на балконе, распахнув створки, но оградившись от всего мира, от его шума и суеты тяжелыми шторами.
Давид сдержал слово. На максимум.
Он носил меня на руках.