Кроме родителей Оливера и его сестры в комнате находилась также пожилая женщина, о которой я ничего не знала, кроме того, что смотрит она на меня весьма недобро и одета весьма роскошно, и мужчина, чем-то напоминающий профессора Янга.
Остальные, должно быть, успели разойтись. Кажется, скоро весь остров будет гудеть о том, что целый род внезапно воскрес.
— Конечно, ты можешь называть меня младшим братом, — улыбнулся Оливер Джорджиане, а потом обернулся. — О, а вот и вы!
Он встал, шагнул навстречу, и мне моментально стало спокойнее.
— Девочка, принесите-ка мне еще чаю, — вдруг произнесла женщина хриплым старушечьим голосом. — Дрангур, ты ведь говорил, что в доме нет служанок.
— До сих пор не могу поверить, что ты справлялся с этим поместьем в одиночку, — покачал головой Якоб. — Что воспитал Оливера. Я знаю, что ты не приемлешь публичного проявления чувств и считаешь это излишним, но еще одно объятье, ты мне позволишь?
Я оглянулась на Дрангура, который явно искал способ провалиться сквозь землю, если бы у него был хвост — он бы им замел из стороны в сторону.
Пока я думала, Якоб подошел и все-таки заключил Дрангура в объятья — тот бросил на меня беспомощный взгляд, и я хихикнула.
— Девочка, чай! — воскликнула старуха, сверля меня тяжелым взглядом черных глаз. Лицо ее было покрыто морщинами. — Хватит здесь стоять, дела хозяев тебя не касаются.
Она взяла со стола пустую чашку и отсалютовала ею в мою сторону.
Эта старушка… она мне? Кажется, она приняла меня за служанку.
— Тетушка, не нервничайте, — медленно произнес тот самый мужчина, похожий на профессора Янга, и мазнул по мне взглядом. — Милая девушка, должно быть, растерялась. Пожалуй, я могу помочь ей приготовить чай. Если она покажет мне кухню.
Мои щеки моментально вспыхнули.