– Иди отдохни.
Тяжелая рука Фэй легла на ее плечо и сочувственно сжала его.
– Я не могу. – Ромэйн покачала головой и утерла пот со лба. – Посмотри, очередь тянется до самого Голубого леса, если я уйду…
– Мы тебя заменим. Если хочешь быть полезной, бери лошадь и езжай вдоль очереди, посмотри, не нужна ли кому-нибудь помощь, – перебила ее другая Ласточка.
Ее глаза запали, и она сама выглядела как человек, которому не помешала бы помощь.
– Я поеду с тобой, – решительно сказала Фэй. – Мы не можем отпустить тебя одну.
– Хорошо, – сдалась Ромэйн.
Она так долго стояла на одном месте, что ноги одеревенели. Кое-как справившись с болезненным покалыванием в икрах, Ромэйн доковыляла до конюшни и прислонилась к деревянной двери стойла. Лошадь опустила голову и принялась перебирать губами ее растрепанные волосы.
Ромэйн устала, выдохлась, и дело было даже не в том, что ей пришлось простоять у ворот несколько долгих часов. Ее вымотал вид изможденных людей – ее людей, тех, кого поклялись защищать лорды Дома Наполненных Чаш.
В роду ее отца из поколения в поколение передавался лишь один закон – каждый лорд обязан служить своему народу. Да, живя в Синей Крепости, ужиная вкуснейшими блюдами и одеваясь в шелка, легко забыть об этом, но ее лорд-отец сделал все, чтобы его дети поняли, в чем главная задача их рода. И теперь, видя, на какие мучения Лаверн обрек ни в чем не повинных людей, Ромэйн искренне ненавидела его и желала ему смерти.
– Я заглянула в оружейную.
Фэй протянула ей лук и ободряюще улыбнулась. Ромэйн взяла оружие и вздохнула.
– Это обязательно?
– Кто знает, что может произойти. – Фэй пожала плечами. – Нужно быть готовыми.
– Не думаю, что кто-то из этих людей решит напасть на нас. Они напуганы и…
– Именно поэтому я и даю тебе оружие. Страх способен изменить человека до неузнаваемости.
Ромэйн не стала спорить и молча вывела лошадь из стойла. Она привыкла доверять Фэй, и если ей кажется, что им может понадобиться защита, то так тому и быть.
Седлать коня ее тоже научили Ласточки. Прошло несколько лет, но Ромэйн до сих пор помнила каждое слово наставлений.
«Клади седло левой стороной, следи, чтобы вилка лежала за лопаткой… Да, вот так. Видишь подпругу? Приложи к ней ладонь и убедись, что она не касается передней ноги лошади. Между подпругой и животом должны входить два пальца. Видишь? Тогда животному будет удобно».
– Непривычно видеть тебя такой молчаливой, – сказала Фэй.
– Я никак не могу смириться с тем, что происходит. – Ромэйн покачала головой.