Этот Институт был одним из крупнейших в мире. Он слышал, что его называли «богато украшенным», но оказалось, что рассказчики сильно преуменьшали его достоинства. Интерьер буквально ослеплял, слишком многое нужно было сразу вобрать в себя. Со всех сторон вошедшего окружали прекрасные, сложные орнаменты и произведения искусства: полдюжины статуй у левой стены, необыкновенно реалистичные барельефы на правой. Волшебный, поражавший воображение купол, отделанный золотом и серебром, вздымался на высоту нескольких этажей.
– Это копия собора Святого Петра, – заметила Алина, пока они шли через вестибюль; затем они нырнули в какую-то полутемную аркаду.
Алина уже превосходно здесь ориентировалась. Она вела Алека по боковым переходам, избегая людных главных коридоров. Они поднялись по позолоченной винтовой лестнице, миновали еще десяток статуй и несколько дюжин фресок и, наконец, приблизились к какой-то стеклянной двери.
– Для того, чтобы попасть в архив, придется пройти через зал для тренировок, – объяснила Алина. – Надеюсь, там внутри никого нет, но если наткнемся на людей, надо будет вести себя понаглее.
– Ладно, – согласился Алек.
Алина постучала по стеклу кулаком и весело воскликнула:
– Внимание, к нам герой войны!
– Кто? – хором воскликнула дюжина голосов.
Кто-то крикнул:
– Неужели Джейс Эрондейл?
– Во имя Ангела, пожалуйста, пусть это будет Джейс Эрондейл! – раздался другой голос.
Алек и Алина вошли в помещение, освещенное ярко, словно теплица; мрамор сиял между матами для упражнений, и среди всего этого тренировались более дюжины Сумеречных охотников в полном боевом облачении. У дальней стены были установлены мишени, но стрелы торчали в основном во внешних кольцах. Было совершенно ясно, что итальянские Сумеречные охотники нуждались в практике, но Алек не мог понять, почему они должны были практиковаться именно сейчас.
Какая-то девушка, стоявшая ближе всех к нему, сделала разочарованное лицо.
– О, нет, это не Джейс Эрондейл. Просто какой-то парень.
Алеку показалось, что прошло минуты две, прежде чем эти люди справились со своим разочарованием и начали задавать вопросы. Сумеречных охотников было слишком много. Он не мог ответить всем сразу.
Тогда он сделал глубокий вдох и снял с плеча лук.