Когда напор врагов несколько ослабевал, Алек стрелял из лука в крылатых демонов, маячивших наверху.
Он мог так стрелять и пробиваться сквозь «живой заслон» хоть до завтрашнего вечера. Он видел перед собой лишь один путь. К деревянным подмосткам. К Магнусу. Все остальное не имело значения.
Время от времени, когда сектанты отступали, ему удавалось разглядеть Магнуса: тот стоял на сцене и, судя по позе и мимике, обращался к толпе. Шинь Юнь бегала вокруг, что-то кричала и размахивала руками, но, к счастью, пока не замечала появления Сумеречных охотников.
У Алека мучительно сжалось сердце. А в следующий миг Магнус поймал его взгляд: это произошло в один из тех моментов, когда во время битвы наступает затишье, словно в оке тайфуна, и секунды тянутся бесконечно. Алеку казалось, что Магнус находится совсем близко, что он может протянуть руку и прикоснуться к своему возлюбленному, исцелить его раны, облегчить его боль, загородить его своим телом от обезумевшей толпы.
Он вспомнил, как однажды пришел к Магнусу в его бруклинский особняк. Они тогда совсем недавно начали встречаться. В те дни столько всего происходило, во внешнем мире и во внутреннем мире Алека. Началась война; молодого Сумеречного охотника одновременно терзали гнев, смятение, тоска, сердечная боль, и он никак не мог разобраться в собственных чувствах.
Он был знаком с Магнусом всего пару недель. Со стороны его поступок выглядел бессмысленным, нелепым: он побежал на свидание, в то время как семья и друзья думали, что он тренируется, и его ложь в любой момент могла выйти наружу. Он так боялся, все время боялся и вынужден был бороться со своими страхами в полном одиночестве."
"У Алека имелся ключ от входной двери – Магнус объяснил, что для него так будет проще. Дом был защищен мощными чарами, и хозяину сразу стало бы известно о появлении постороннего.