Красные свитки магии

Какая-то женщина в огромных солнечных очках, в которых туманным утром совершенно не было необходимости, присвистнула, увидев его, и, проходя мимо, воскликнула: «Beau gosse!»[5].

Алек поспешно поднялся на крыльцо дома Магнуса и, перепрыгивая через три ступени за раз, преодолел четыре пролета, ведущие к его квартире. Он распахнул дверь и крикнул:

– Магнус!

А затем на несколько мгновений лишился дара речи.

– Какого черта?

Магнус был в гостиной – парил примерно в полуметре над полом в окружении дюжин книг и фотографий.

Три огромных книжных шкафа из орехового дерева, которые он при помощи магии перенес сюда из своей бруклинской квартиры, занимали правую часть комнаты, и содержимое их было вывалено на пол. Один стеллаж покосился; казалось, он вот-вот рухнет и выбьет оконное стекло. Столы и стулья были уставлены тарелками с недоеденными булочками и пирожными.

Комната была наполнена чем-то вроде статического электричества – черным туманом с белыми искорками, который окутывал предметы зловещим призрачным сиянием.

Время от времени посередине гостиной возникала слепящая вспышка. Алеку все это зрелище показалось совершенно демоническим.

– Магнус, что здесь происходит?

Чародей повернул голову, и взгляд его остановился на лице Алека. У него были совершенно стеклянные глаза. Поморгав, он пришел в себя.

– Александр, ты вернулся. Как твоя кардиотренировка?

– Превосходно, – медленно проговорил Алек. – С тобой все в порядке?

– Просто провожу кое-какие исследования.

Пытаюсь узнать, каким образом, где и когда я мог утратить нужное воспоминание о существенном промежутке времени, необходимом для создания культа демона. Поэтому я решил пройтись по всем событиям своей жизни в хронологическом порядке.

– Судя по всему, это может занять довольно много времени, – заметил Алек.

Магнус говорил быстро, и было видно, что он получает удовольствие от своего расследования. А может, он просто выпил слишком много кофе. Алек заметил среди плававших по комнате вещей три френч-пресса и штук шесть больших кружек.

Вчера Магнус попросил его не волноваться, но сейчас Алек понял, что сам чародей волнуется, и довольно сильно.

– Видишь ли, – продолжал Магнус, – воспоминания редко хранятся в изолированном виде. Они взаимосвязаны, их порождают другие, более ранние воспоминания, придающие им смысл. Каждое отдельное воспоминание создает новые и наделяет своих «отпрысков» значением. Это похоже на гигантскую паутину.