Он успел коснуться кончиков пальцев Магнуса, но схватил лишь пустоту. Магнус полетел вниз.
Алек рванулся вслед за ним и вцепился в мокрую рубашку. Он схватил ее обеими руками и, напрягая остатки сил, потащил вверх.
Он почувствовал, что сейчас упадет в обморок, перед глазами возникла туманная пелена, но в следующий миг Магнус очутился в его объятиях. Чародей, ошеломленно моргая, уставился на Алека своими золотистыми глазами.
– Спасибо, Александр, – пробормотал Магнус. – К несчастью, чудище-осьминог снова атакует.
Алек откатился в сторону, увлекая за собой Магнуса. Черное щупальце врезалось в крышу в том месте, где они только что находились. Но когда разъяренный монстр занес щупальце для очередного удара, Магнус резко выпрямился, сел и воздел руки. Луч синего пламени отрезал одно из мелькавших в воздухе щупалец, черная сукровица брызнула во все стороны, а демон отдернул обрубок.
Магнус поднялся на ноги. Алек хотел последовать его примеру, но ему помешал резкий приступ головокружения. Действие руны ираци почти прекратилось, и яд демона-раума отравлял его кровь.
– Алек! – вскрикнул Магнус. Ветер, свистевший вокруг поезда, трепал его волосы. Он взял Алека за руку, заставил его подняться на ноги, не обращая внимания на черного демона, нависавшего над ними. – Алек, что с тобой?
Алек попытался нащупать в кармане стило, но оно было бесполезно – перед глазами все двоилось. Он слышал, как Магнус повторяет его имя, слышал шипение приближавшегося демона. Все пропало: Магнус физически не мог в одно и то же время спасти Алека и отразить нападение демона.
«Магнус, – про себя произнес Сумеречный охотник. – Беги. Защищайся».
«Дымное» чудовище протянуло к ним свои щупальца, но в этот миг между демоном, Алеком и Магнусом возникла темная фигура.
Это была женщина; ветер растрепал ее темные волосы, хлопал плащом. В одной руке она сжимала трехгранный меч, и клинок сверкал в лунном свете.
– Назад! – крикнула она. – Я с ним разберусь.
Она взмахнула рукой, и невиданный черный демон издал какой-то странный хриплый стон, похожий на треск поленьев в очаге.
– Я уже встречал ее, – в изумлении прошептал Алек. – Это та самая женщина, с которой я сражался на Сумеречном базаре в Париже. Магнус…
Очередной приступ тошноты и нестерпимой боли помешал ему договорить. Зрение снова затуманилось. Он почувствовал себя так, словно его избили и последний удар нанесли в солнечное сплетение; ноги отказывались повиноваться ему.
– Магнус, – пролепетал он.