Если природа наградила её кукольной внешностью, неужели при виде неё во многих мужчинах просыпалась кобелиная натура? Становилось очень обидно.
Сегодня… не до обид.
Саша испуганно вскрикнула, когда её достаточно резко и между тем легко оторвали от земли и занесли в дом. Отчего-то в голове возникла шальная фраза – прямо, как невесту. Бельишко на ней тоже соответствующее. Только «невеста» «порченная».
Она слышала, как Осетин ногой захлопнул дверь.
Ставить на пол он её не собирался, прошел дальше. И снова лестница. Второй этаж?
У Саши возникли предположения, что её привезли в загородный дом.
Она интуитивно обняла мужчину за шею. Крепкая. Хоть в одном повезло – у её покупателя была отличная фигура. Как бы себя Саша не настраивала, она плохо представляла, как будет заниматься сексом с мужчиной, что ей окажется неприятен физически. Как-как… Через силу.
Хватит думать, Саша, хватит!
Сосредоточься на предстоящем. Ты должна очень понравиться Осетину… Очень.
- Вы не снимете повязку? – негромко поинтересовалась она, чтобы отвлечься от терзающих её мыслей.
- Нет.
- Можно свет не включать…
- Нет.
Понятно. Лучше не встревать и мнение своё не навязывать.
Саша внутренне сжалась. Кажется, мужчина попался ей с непростым характером.
И снова ей послышался звук открывающейся двери.
- Вас же заставляют купаться перед аукционом?
На этот раз его голос с легким акцентом прошелся хлыстом по оголенным нервам Саши.
- Да, - выдохнула, чувствуя, как её щеки начинают пылать.
Когда её сверстницы кокетничали и учились соблазнять парней, она лежала под капельницами.
- Отлично. Кровати у меня нет, поэтому будем на надувном матрасе тра… заниматься сексом.
Саша растерянно моргнула, задев ресничками повязку.
Первое – они в его доме. Возможно, он не хотел, чтобы она знала, где он живет.
Второе – дом новый. Вроде бы неплохо. Опять же, с другой стороны, если он в стадии строительства, то, видимо, ближайший до него находится не близко. Тревога ядовитой гадюкой заползла в душу девушки. Поздно, Александра, ты начала думать о безопасности. Поздно.
Она охнула, когда её аккуратно положили на надувной матрас, поверх которого была кинута простыня.