Красные врата

— Не так уж и долго! — несколько голов расхохотались, и Ирдегус невольно вздрогнул. — Прощай! — сказал Раван, начиная таять. — Я доложу владыке тьмы, что ты хорошо ему служишь.

Колдун низко поклонился, а когда распрямился (не без труда), остатки субстанции втягивались обратно в золотой диск. Ирдегус быстро вышел из комнаты и запер её на три замка. Потом подхватил чашу с фимиамом и несколько раз глубоко вдохнул дым. Боль ослабла лишь немного, но теперь, по крайней мере, её можно было терпеть.

Колдун прошёл по коридору и очутился перед каменной кладкой.

Нажав рычаг справа, он дождался, пока потайная дверь отъедет в сторону, и вышел в зал. Проход за его спиной закрылся. Никто не догадался бы, что здесь есть коридор.

Ирдегус находился в части замка, куда не было хода никому, кроме него. Даже слуги здесь не появлялись. Все двери здесь запирались на замки, ключи от которых имелись только у Ирдегуса. Колдун опустился на мягкий диван и перевёл дух. Встреча получилась короткой, как он и хотел, но важной.

Теперь Раван знает, что Ирдегус служит ему верой и правдой, что он остаётся полезен. Грингфельду не удастся убедить састара, что он может справиться со всем один — конечно, если носферату захочет это сделать. Можно сказать, колдун одержал маленькую победу. Одну из тех, что помогают оставаться на плаву. Но расслабляться нельзя! Оставаясь бдительным, будучи всегда на стороже, он будет защищён и готов к отпору. Главное, чтобы тело выдержало, чтобы проклятый яд не прикончил его прежде, чем он получит власть над куском этого мира!

Глава 30

Рэмдал приблизился к белому камню и встал в его тени.

Здесь было на удивление сыро и прохладно. Монолит представлял мраморную стелу, совершенно гладкую, заканчивавшуюся четырёхгранной пирамидой. Высотой он был ровно десять метров, а шириной — два. Его установили очень давно в честь какого-то важного для Эльдора события — Рэмдал даже не помнил, какого именно. Камень растрескался, и оброс снизу мхом.

Монолит стоял на небольшой поляне, окружённой могучими деревьями с раскидистыми кронами.

Место было уединённым, так что понятно, почему кентавр выбрал его для встречи. Дело, которое их связало, не терпело посторонних глаз и ушей.

Рэмдал огляделся — никаких признаков присутствия Киймирра или кого бы то ни было. Разве что птицы поют в ветвях. Может, конечно, в засаде притаились воины Корпуса Особых поручений, но у принца был зоркий глаз, и он не сомневался, что заметил бы их. Что ж, подождём.