— Для начала. А там видно будет.
— Что я буду с этого иметь? — осведомился Серебряков.
— Сначала — дело.
— Хорошо, я пришлю Юхана.
— Не сюда. Я его буду ждать в тринадцать часов возле городской управы.
— Договорились!
Поручик допил кофе и поднялся. Я — тоже. Проводил его до выхода. И отправился в столовую, завтракать. Князя я застал в дурном расположении духа. Что это с ним? Подагра обострилась? А может, он узнал, что Глаша ночевала в моей койке? Пожелав ему доброго утра, я занял свое место за столом. Горничная подала мне яичницу с ветчиной.
Располосовывая ее ножом и отправляя куски в рот, я исподтишка посматривал на мрачного Сухомлинского. Тот вяло ковырял вилкой в своей тарелке, стараясь на меня не смотреть. Какая муха его все-таки укусила?
— Что-нибудь случилось, Аскольд Юрьевич? — наконец спросил я.
— Сегодня утром я получил очередную сводку от Полведерова, — пробурчал он.
Полведеров, Акакий Терентьевич, был управляющим загородного имения князя, в окрестностях которого и простирались лесные угодья, на прибыль от вырубки которых так рассчитывал Сухомлинский.
— Плохие вести? — уточнил я.
— Партизаны пустили под откос состав с лесом, — хмуро сообщил он. — Теперь сто кубометров превосходного кругляка валяются под насыпью. Кто будет грузить его, после того, как восстановят узкоколейку? А главное — за чей счет⁈
Молодцы партизаны! Подпортили князю коммерцию. Правильно, неча русский лес вывозить в Немчурию.
— Я могу как-то помочь, ваша светлость?
— Хм… Пожалуй, Базиль… — неуверенно проговорил князь.
— Не стоит обращаться с этим к коменданту, — сказал я. — Он вот-вот будет снят с должности и вряд ли захочет принимать решения, которые могут печальным образом отразиться на его судьбе.
— Что же тогда делать?
— Обратимся к городскому голове.
— К Черепенькину?
— К нему. У него наверняка есть люди, из числа тех, кто приговорен к принудительным работам за мелкие административные нарушения.
— Замечательная мысль, Базиль! — сразу приободрился Сухомлинский. — Возьметесь решить эту проблему?
— И даже лично прослежу, чтобы эти тунеядцы все сделали, как надо!
— Буду перед вами в долгу.
— Однако потребуются некоторые расходы, Аскольд Юрьевич, — сказал я.