Там, где еще несколько минут тому назад криво торчал из трясины фюзеляж, чернела быстро заплывающая водой воронка. Возле нее в высоких резиновых сапогах стояли трое офицеров в форме МЧС.
– Ёпсель-мопсель, – озадаченно молвил толстяк с погонами полковника. – А это что за хер с бугра? Кто пустил на охраняемую территорию?
Майор и капитан заспешили к Ларину. И по их лицам нетрудно было догадаться, что спешат они не с целью оказать помощь, а опасаясь, что этот самый «хер с бугра» может убежать.
– Ты кто такой? – тоном гопника из поселка городского типа поинтересовался майор.
Капитан обошел Андрея со спины так, чтобы тот не вздумал бежать.
– Почему на охраняемой территории оказался?
– Какая, на хрен, охраняемая? – Ларин решил взять тот же тон, что и эмчеэсники.
– Ты какого хера тут делаешь? – продолжал допытываться майор.
– Фотограф я. – Андрей поднял лежавшую на кочке камеру и повесил себе на грудь.
Полковник неторопливо приблизился.
– Ну, что выяснили?
– Говорит, что фотограф. Вроде верно, – покосился на фотоаппарат майор.
– А как же. – Ларин вытащил из кармана рыбацкого жилета запаянный в пластик бейдж-удостоверение.
Полковник, прищурившись, разглядывал пластиковую карточку.
– Ни хрена не понимаю. Какой это документ? Ты человеческий документ покажи. Паспорт у тебя есть?
– С собой нет.
– Поднимайся. Пойдем к машине с тобой разбираться.
Полковник шел впереди. Майор с капитаном конвоировали Ларина. Теперь кое-что с внезапным взрывом стало проясняться для Андрея. За местом падения самолета по болоту была проложена неширокая дорожка из необрезных досок.
"– Хабибулин, – крикнул полковник долговязому сержанту, – быстро разобраться, через чей участок этот мудила сквозь оцепление прошел.
– Есть, разобраться и доложить, товарищ полковник. – Долговязый сержант трусцой побежал по дощатым мосткам.
Полковник задумчиво крутил в руках пластиковый бейдж.
– И что мне теперь с тобой делать, Адриан Аполлонович Даргель? Ну, и имечко. Прямо Попандопало какой-то. Югослав, что ли?
– Грек.