Как-то канистру отлили себе на всякий случай.
– Конечно, в хозяйстве все пригодиться может, – согласилась Маша и тут же открыла кошелек...
Выходя через проходную, «бизнесвумен» с радостной улыбкой показала охраннику найденную сережку.
– Спасибо, нашлась, у вас рука легкая.
Больше ничего с собой женщина не несла. Потому турникет перед ней открылся без лишних вопросов. Желтый «Фольксваген-жук», блеснув стеклами, развернулся и поехал по шоссе вдоль сетчатой проволочной ограды летного поля сельхозавиации. У заветной дырки-лаза в проволочной сетке Машу уже ждал Борман с тяжелой канистрой «средства от энцефалитного клеща».
– Осторожно. Вам поднимать нельзя, надорветесь. – Он сам поставил ношу в багажник и даже отказался брать взамен своей двадцатилитровой канистры Машину запасную, десятилитровую.
– Вы ж только своему начальнику не говорите, – доверительно произнесла Маша, касаясь кончиками пальцев заскорузлой руки Бормана. – А то получается, я воровка какая-то.
– Какое же это воровство? – искренне удивился грузчик.
– Конечно, надо. Жажда ничто – имидж все, – улыбнулась Маша, садясь за руль.
Борман проводил взглядом удаляющуюся обтекаемую, как капля, желтую модную дорогую машинку.
– Эх, какой бабец пропадает, – мечтательно вздохнул он. – С нее за такую ерунду и деньги брать стыдно-то.
Глава 6
Летнее солнце ярко светило в огромные стекла бывшего областного дворца политпросвещения.
"Среди собравшихся в зале Ларину попались даже две студентки, задержанные с ним во время акции протеста на насыпи. Оказалось, что Радьков распорядился немедленно выпустить из спецприемника-распределителя всех задержанных и даже осужденных на сутки. Вот эти девчушки окончательно и ввели Андрея в курс дела. Хотя и он знал уже многое. Однако лишний раз получить подтверждение своим догадкам не мешало.