Крематорий

– Видишь, все хорошо. Нам идти надо. Так мама сказала.

Таня поднялась, держа малышей за руки.

Андрей подавал детей одного за другим Виктору, который стоял на приставной лестнице. Старуха обнимала их и одновременно журила за то, что не послушались и спрятались от нее на чердаке.

– В соседних домах кто-нибудь есть? – спросил Ларин.

– Нет, они вроде уехали. Предлагали и мне, но я детей искала. Только потом поняла, что они на чердаке. Вы меня тут оставьте, я уже старая. Может, кого-нибудь еще спасете, – запричитала старуха и тут же спохватилась под строгим взглядом Андрея: – Да что я такое говорю? Бога гневлю.

Подхватив Танечку на руки, Ларин побежал к машине. Пламя от разгоревшегося сарая уже лизало торец избы. Было трудно дышать. Андрей распахнул дверцу, посадил Таню на заднее сиденье. Беспалый ждал у машины с мальчиком и девочкой на руках.

– Присматривайте за ними, – крикнул он старухе и сел за руль.

Эйфория от того, что прорывался сюда сквозь дым и огонь не напрасно, мгновенно прошла.

Вокруг нескольких домов, стоявших на возвышенности, полыхал огонь – море огня, соваться в который было полным безумием. Но оставаться здесь наверняка значило сгореть заживо. Стараясь не показывать своей растерянности, Ларин повернулся к Беспалому, который, как завороженный, смотрел в лобовое стекло на бушующее пламя.

– Здесь какая-нибудь улица ведет из поселка к полю напрямую?

Беспалый кивнул:

– Вот эта, – показал он влево. – Не совсем, конечно, напрямую, здесь все без плана строились.

Но рискнуть можно.

За спиной у Андрея плакали дети, причитала старуха, тихо мяукали котята.

– В который раз за сегодняшний день рискуем, – негромко произнес Ларин, обращаясь к директору заповедника. – Ты не знаешь, случаем, наши ангелы-хранители по-прежнему где-нибудь рядом порхают? Или их ветром отнесло?

– Хотел бы и сам это знать.

– Будем надеяться, им крылья огнем не опалило.

Андрей мысленно перекрестился, взревел мотор. «Ленд-Ровер» резко вывернул влево и помчался с горки.

Всякое приходилось переживать Ларину в своей жизни. Он уже не раз переворачивался на машине, преследуя и уходя от погони, падал в автомобиле с моста, сам топил транспортные средства в болоте; были на его счету и лобовые столкновения. Но то, что пришлось пережить ему теперь, не укладывалось даже в эти рамки. Дым в горящем поселке стоял такой густой, что, казалось, стекла машины просто обложили ватой. И в этом дыме внезапно возникали языки пламени.