Есть образцы средства; у меня есть свидетели, которые при должном обращении с ними подтвердят, что препарат распыляли по указанию Радькова. Нужно только взять в оборот одного из главных фигурантов, и тот расколется. Дугин на это мастер.
– А потом что? Проверенная схема? Грамотный вброс компромата в Интернет, видео на Ю-тубе... В конечном результате отставка Радькова.
– Ну, да, – Маша пожала плечами, – ведь к этому мы и стремились.
– Дугин, возможно, и стремился. Максимум, чего мы добьемся такими методами – Радьков тихо уйдет в отставку, или вообще друзья-товарищи устроят его в Москве на непыльную должность одного из заместителей министра второразрядного министерства.
– Андрей, не горячись. Все зло в мире не искоренишь. Всех негодяев не накажешь. Мы просто сделаем какую-то часть нашей страны немного чище. О большем мечтать и не приходится.
Ларин отмахнулся от Маши, всем своим видом показывая, что та только зря тратит время на уговоры.
– Ты меня за советскую власть не агитируй!
Он вытащил мобильник и, сверяясь с визиткой, набрал номер.
– Кому ты звонишь?
Андрей поднял руку, показывая, чтобы Маша молчала, и принялся говорить в микрофон:
– Администрация губернатора? Адриан Даргель беспокоит... да-да, фотограф из Москвы... я понимаю, что немного не вовремя, но мне Александр Михайлович Радьков обещал встречу... свяжите меня с ним... хорошо, подожду...
Маша принялась выдирать у Ларина трубку и шипела:
– Брось эту затею.
– Погоди, – Андрей вытянутой рукой отстранил от себя Машу и прижал к дверце.
Затем его лицо преобразилось. Он мило улыбался, говорил в трубку очень мягко и уважительно:"
"– Здравствуйте, Александр Михайлович. Благодарю, что нашли время поговорить со мной. Примите мои соболезнования, ведь, я слышал, есть человеческие жертвы. Но катастрофа катастрофой, а наши планы никто не отменял.
Андрей выключил трубку, положил перед собой на приборную панель.