Из-за чего удалось стабилизировать не только физические качества породы, но и их экстерьер, вылизав его если не до идеала, то близко к этому.
В представлении Андрей персы делали подарок настолько бесценный, насколько его можно было представить. Просто потому, что других действительно хороших пород этого весового диапазона и назначения в мире просто не существовало. Ведь эти кони не только прекрасно подходили по весу для создания хорошей конницы или кавалерии, но и прошли многовековой отбор на выносливость…
– Мой Господин Великий Шахиншах шлет тебе скромный подарок, – произнес командир персидского отряда.
– Скромный?! О! Он поистине бесценен! – встречно поклонившись, ответил Андрей.
Перс ответил, в рамках формальной и очень подчеркнутой лести.
Князю вновь пришлось отвечать.
И новый виток.
Минут через пять Андрею казалось, что он сейчас закипит как паровоз под всеми парами стоящий в тупике. Перс же, вежливо улыбаясь, и едва заметно смеясь глазами, продолжал свою игру. И ведь даже по морде дать не за что…
Ситуацию спас мул, который закричал особенно пронзительно, привлекая всеобщее внимание.
– Мулы… – констатировал Андрей. – И сколько их?
– Это не просто мулы, а самые крупные и выносливые мулы, которые мы смогли найти в пределах державы нашего славного Господина.
– Славно, – безразлично кивнул князь. – Так сколько их?
Повторно такого витка дружелюбного бреда не получилось. Хотя перс несколько раз пытался. Но то ли у Андрея иссякло дружелюбие, то ли он попросту устал, однако ничего не получилось.
Впрочем, на качестве мулов это никак негативным образом не отразилось. Животинки эти оказались действительно классные, крупные и вполне крепкие[23]. И даже лучше, чем ему обещал Тахмасп. Отчего прекрасно годились для обоза. Да, не арденские тяжеловесы, но не персидских же жеребцов запрягать в повозки?
Разговор затягивался.
И его содержательная часть становилась все меньше и меньше.
– Твой Господин что-то просил передать на словах?
– Только надежду на то, что ты не станешь медлить. И обретя столь замечательных коней выступишь к Антиохии со всей возможной спешкой.
– Можешь ему передать, что так все и будет. Каждый вздох промедления для меня губителен.