Он вздохнул, кинул беглый взгляд на Еву, что вела активную беседу с каким-то прыщавым пацаном, и, твердо решив разрешить глупой смертной девочке совершать её пьяные ошибки, натянуто улыбнулся школьницам.
Так и протекал их шумный вечер. Райнхард пытался не заскучать в обществе смертных девиц, которых вокруг него становилось всё больше, и изредка поглядывал за Евой, хоть и ругал себя за это. Самой виновнице торжества же везло. Она около полутора часов оставалась в пьяной компании, игравшей в незамысловатую игру, однако сама судьба словно бы оберегала её от ненужных проблем.
Правила игры были просты: крутишь бутылочку и уединяешься на десять минут в тесной кладовке с тем, на кого она указала. В придачу с этим идут пошлые комментарии в духе: «о, ну окей, приятель, две минуты ты её развлечешь, а что вы будете делать остальные восемь?» и громкий гогот.
— Ооо, Ева. — пьяный знакомый голос вытащил девушку из раздумий."
"— А? — она с удивлением посмотрела сначала на одноклассника, а после опустила взгляд и поняла, что горлышко бутылочки указывает на неё.
Игроки радостно и возбужденно зашумели: «наконец-то!», а парень начал почти с трудом подниматься на ноги. Только сейчас, обдумав ситуацию еще раз, юная Мерриман поняла, что право на уединение с ней «выкрутил» себе чертов Карл, который должен был сегодня кутить на своей же вечеринке. Она даже не заметила, как он вообще присоединился к игре, и теперь не знала, куда ей деться. С Карлом у них были непростые отношения. Он был игроком школьной футбольной команды с огромным самомнением, но Ева когда-то отказала ему в свидании, потому что знала, что всех девушек школы он записывает в ужасный список «объезженных».