— А пока предлагаю отправляться в сад. Эмилия ждать не будет! Уведут еще.
— Да, могут, — авторитетно заявил Максимка, спрыгивая со стула. — Пока, мам!
Я поднялась следом, пошла за мужчинами — маленьким и большим, провожая и не зная, что сказать. Снова.
У машины Артем обернулся:
— Пока. — Очаровательная улыбка озарила его лицо.
— Пока. — Я замялась, покосилась на Сергея, как раз подошедшего, чтобы сесть на сиденье водителя.
Артем шагнул ближе, обнял и поцеловал меня.
— Неудобно, — шепнула я.
— Это мой дом, — напомнил он тихо.
— Нет, я просто…
Меня снова поцеловали, не дав закончить оправдание.
— Ну все. Увидимся вечером.
Машина двинулась за ворота, а я вернулась в дом, где меня ждали две очень любопытные женщины.
— Не нравится мне это, — покачала головой Тоня. — Но ты и сама большая девочка.
— А мне очень нравится! — Более молодая и романтичная Лидия закатила глаза и договорила с придыханием: — Как он тебя обнимал.
— Ну хватит. — Тоня покачала головой. — Я говорить тут ничего не стану — дело ваше, молодое. Только вот что: от работы он тебя, Кристина, кажется, не освободил?
— Нет, — опомнилась я.
— Так идите, не стойте.
— Злая ты, Антонина! — Лида фыркнула. — Помечтать не даешь!
— Тебе-то чего мечтать? Не тебя же целовали.
— А мне за Кристину радостно. Если у нее все получится, То, может, и у меня однажды…
— Ну все! — Тоня махнула на нас полотенцем.
Я только и могла, что кивать. А еще улыбаться.
Так и работала почти весь день, позабыв о проблемах и заботах, не в силах противиться навалившемуся счастью. Пока не позвонил Виктор.
Мы как раз закончили с уборкой и присели с Лидой отдохнуть. Потому она стала нежеланной свидетельницей довольно-таки неприглядного разговора.
— Ты ничего от меня не получишь, — закончила я категорично. — Максимка ходит в садик, я работаю. Попробуй сунуться к нам, и еще сам останешься должен! Помнишь, сколько алиментов не выплачено? Отнять его ты не сможешь. Денег от меня не получишь! В твоих же интересах исчезнуть! И, для своего же блага, лучше не звони мне больше.