Рыцарь выдернул секиру, застрявшую у него в латах, и бросил ее на пол. Его покрытые свежими царапинами доспехи сплошь были залиты кровью убитых, но никто не стал бы утверждать по виду Железного Сердца, что закованный в броню исполин хоть в какой-то мере пострадал. На Монаха Луи и смотреть не стал. Вместо этого он окинул взглядом поле битвы и выругался, не желая верить самому себе.
«Похоже, Доминик и правда хотел нас всех прикончить», - подумал он.
- Ладно, - строго сказал Луи Железному Сердцу, - докладывай, что тут происходило, пока я был у Доминика?
- Люди вашего брата поджидали нас, - сказал рыцарь, - Это была очень тщательно подготовленная засада, и мы угодили в нее, - голос его звучал ровно и отчетливо, но слегка приглушенно, как будто неуязвимому исполину трудно было говорить.
- Присоединяюсь, - сказал Монах, - в настоящий момент моя магия охраняет вас от нападений с применением колдовства, но остальные ваши люди остаются беззащитными."
"- Я должен был догадаться! - Луи зло ткнул в ближайший из трупов мечом. - Могу поклясться, что эта мысль принадлежала паскудине Элизабет. Теперь понятно, почему она почти все время молчала, пока я находился там! Она просто сидела и щурилась, глядя на меня, зная, что, пока я разглагольствую о партнерстве и сотрудничестве, моим людям режут глотки по ее приказу! Я ей сердце вырву за это… Монах, мне нужен защитный экран не только для нас троих, но и для остальных моих людей.
- Это лишит меня возможности нападать с помощью колдовства, - ответил Монах.
- Знаю! - крикнул Луи. - Все равно невозможно атаковать Доминика на его территории, у него всегда будет достаточно времени, чтобы организовать необходимую защиту.
Голос его стал сухим, когда он вспомнил об унаследованной им стихии.