Есть единственный способ спасти Редгарт, и ты это прекрасно знаешь. Они мои братья, и кто знает их лучше, чем я? Ни один из них не годится для того, чтобы стать королем, и меньше всех - Виктор. Да, он повзрослел, я согласна, и стал еще нерешительнее и слабее, чем когда-либо. Не получилось у отца с наследниками.
- Ты несправедлива, Габриэлла. У нас с твоим отцом существовали разногласия, но он был человеком, которым я восхищался.
- Он вел себя глупо, - жестко сказала Габриэлла, - на что он потратил свою жизнь? На бесконечные битвы, которые дали его стране несколько лишних клочков земли.
Тут будет реклама 1
Ни о чем, кроме бойни и кровопролитий, он не думал, а для своих близких у него тем более не находилось времени. Мать боготворила отца, и даже она видела его не чаще, чем раз в десять дней, а уж про детей-то я и не говорю. Если бы он проводил больше времени со своими сыновьями, может быть, они выросли бы не такими.
- Ну не во всем он потерпел неудачу, - улыбаясь, ответил Вильям, - ему, например, удалось произвести на свет тебя, так ведь?"
"- Не надо уходить от ответа.
Тут будет реклама 2
Редгарту нужен сильный король, а правда заключается в том, что ни один из сыновей Малькольма не годится на эту роль. Кто бы из них ни сел на трон, это будет катастрофой для страны. А ты в силах все изменить. Ты войдешь в историю как человек, положивший конец кошмару. Тебе нелегко было принять решение, дорогой, уж я-то знаю, но теперь это позади. Остается только ждать.
Тут будет реклама 3
Я знаю, как дружны вы были с Ричардом, как много он значил для тебя, но ты не одинок, у тебя есть я.
- Да, - согласился Вильям, нежно улыбнувшись супруге, - у меня есть ты.
* * *
Грэй Дэвей внимательно всматривался в коридор, ведущий в Западное крыло. Масляные лампы и факелы, расположенные на обычном расстоянии друг от друга, освещали проход, но дальше в глубине его стояла непроницаемая темнота, которая поглощала их свет. Душный воздух наполняла влага, как бывает летом перед грозой.
Тут будет реклама 4
Пахло мочой и жженой материей. Темнота, царившая в коридоре, вызывала какое-то щемящее чувство беспокойства. Дэвей даже почувствовал легкое головокружение оттого, что слишком долго всматривался в нее, словно он смотрел вниз с очень высокой башни. Ведун намеренно отвернулся и на некоторое время закрыл глаза. Головокружение исчезло. Дэвей взглянул на стоявшего рядом капитана стражников, тот понимающе кивнул.
