Все это хорошо для ничтожных людишек, а не для принцев и королей, которые неподсудны никому, кроме самих себя. Они выше всех. Нет, актер, у меня хватило времени в Кагалимаре подумать о том, что я стану делать, когда они посмеют позволить мне вернуться. Первый день моего правления станет последним днем жизни моих братьев и Элизабет. Их головы я велю насадить на колья и выставить за воротами моего замка, чтобы вороны выклевали им глаза.
Виктор поднялся с кресла и встал спиной к камину. Щеки принца горели, а глаза светились неестественным блеском:
- Всякий, кто осмеливался выступить против меня, умрет! Все! Когда я стану королем, мне будет принадлежать власть Камня, и я сумею отомстить за долгие годы страданий, за все нанесенные мне оскорбления.
Джордан, которому очень не нравился ход его собственных мыслей, недобрым взглядом посмотрел на принца:
- Насколько я могу судить о нереальном мире, с ним шутки плохи, слишком уж он опасен…"
"- Не надо читать мне нотаций! - Виктор зло посмотрел на Джордана.
- Хорошо, ваше высочество, - ответил Джордан, - а как вы станете использовать эту силу?
- А как мне захочется, - бросил принц в ответ, и глаза его при этом блуждали где-то далеко.
- В этом году урожай собрали скудный, - начал актер, - лето выдалось слишком засушливое. Путешествуя из края в край по вашему королевству, я везде видел голод, нужду и лишения… Еда стоит дорого, цены на рынках выше всякого понимания.
- Ну и что? - равнодушно произнес Виктор. - Что хорошего они для меня сделали? Где они были, когда я отправлялся в ссылку? Эти чертовы крестьяне все равно плодятся, точно кролики. Мне от них ничего не нужно, пусть только вовремя собирают налоги. Думаю, что у всего этого сброда хватит ума быть мне благодарным. Когда королевство вернет себе былое могущество, они же сами начнут славить мое имя.