Хочет избавиться от него – избавится тоже под страхом смерти… Простите, молодой человек, у вас случайно нет сигареты?
– Да, конечно. – Гоша достал пачку «Мальборо».
– Я открою окошко, если позволите? – Курочкин жадно затянулся, выпустил струйку дыма в открытое окно и продолжал: – А с вас, Елена Николаевна, вероятно, начался уже третий этап. Сырье потребовалось очень срочно, а запасов не оказалось. На Зотову нажали, она, в свою очередь, нажала на меня и, вероятно, еще на нескольких таких, как я, поставщиков.
– Спасибо, доктор, – вздохнула Лена.
Курочкина отвезли домой. Весь путь до Черемушек проехали молча. Перед тем как выйти из машины, Курочкин сказал:
– Елена Николаевна, вы правы. У вас действительно будет девочка. Здоровенькая девочка.
Не дождавшись ответа, он вышел из машины и аккуратно прикрыл за собой дверцу.
Глава десятая
Лидия Всеволодовна Глушко была пятой в очереди в кабинет ультразвука. Она сосредоточенно вязала синий свитер для сына Васи. Сыновей у Лидии Всеволодовны было трое. Старшему, Михаилу, восемь, среднему, Васе, пять.
Самой Лидии Всеволодовне было всего двадцать девять, но выглядела она ровесницей своего сорокалетнего мужа Георгия. От родов и кормлений фигура расплылась, волосы поредели.
Теперь Лида была опять беременна.
Для нее, человека православной веры, об аборте не могло быть и речи: это смертный грех. Грехом было и то, что она не хотела этого ребенка. А она его не хотела и честно признавалась себе в этом.
Каждая копейка в доме была на счету.
Лида вязала свитер для Васи и думала о том, что Мише пора покупать новые ботинки. Нога у мальчика растет не по дням, а по часам. Причем старые ботинки не только малы, но и до дыр изношены, значит, Васе уже не перейдут. А у Васи в детском садике почти у всех детей есть конструкторы «лего». Васе, конечно, тоже хочется.