Не то чтобы Лия так уж скучала по России, ведь гораздо дольше она прожила в Англии, но почему-то стало тоскливо.
По дому разнесся тонкий аромат выпечки. Элан открыл глаза и обнаружил, что жены рядом нет. Жаль, а он так хотел немного понежиться с ней в постели, обнять и поцеловать. Надев льняные брюки и рубаху, он умылся и зашел на кухню. Жена пекла блины, он один раз ел их в русском ресторане в Париже. Элан подошел к ней сзади и обнял.
— Доброго времени. М-м-м, какая прелесть, ты печешь блины. Но все же самое прекрасное на этой кухне — это ты, любовь моя, — сказал он, ласково целуя ее в шею.
Лия не отстранилась: после вчерашнего было бы глупо шарахаться от собственного мужа.
— Доброго времени. Если ты не перестанешь прижимать мои руки к телу, будешь есть угли вместо блинов.
— Прости, я не буду тебе мешать. Посижу за столом.
Присев на стул, он стал пристально наблюдать за женой. Сегодня она себя вела иначе. Уже не боялась его объятий, но почему-то хмурилась.
— А за то, что ты мне вчера возбуждающего подлил в стакан, извиниться не хочешь? — спросила она, переворачивая блинчик на сковороде.
— Извини, но у нас на острове это обычная практика. Эти капли предназначаются для девушки в первую ночь с мужем. Мужчина решает сам, давать их ей или нет. Если девушка слишком боится, то ее просят выпить капли. Я прошу прощения, — бесстрастным тоном ответил он.
— Не слышу в твоих словах раскаяния, Элан, — Лия обернулась и пристально посмотрела на него.
— Ответь честно, тебе было хорошо со мной? — улыбнулся мужчина.
Лия закусила губу, врать не имело смысла.
— Да, — смущенно ответила она.
— Тогда не вижу проблем. Между прочим, я тоже сделал пару глотков, если ты не забыла.
Лия не нашлась, что ответить. Она молча поставила перед ним мисочку со сметаной и тарелку с блинами. Потом налила две кружки молока.
— А где мой кофе? — возмутился мужчина.
— Хочешь кофе, вари сам. Это твое наказание за возбуждающие капли, — строго произнесла жена, присаживаясь напротив него.
— Ладно, я словно маленький ребенок буду пить молоко. Спасибо за завтрак, мамочка, — хохотнул Элан.
Лия только фыркнула на это, но все же было приятно, что он не вспылил и не начал требовать свое. Лия чувствовала, что муж преобразился именно из-за того, что она наконец-то ему отдалась.
После завтрака они поехали на рынок, закупили рассаду и саженцы. Элан не стал вмешиваться, предоставляя выбор жене.