А потом ты понадобишься мне здесь — будешь обслуживать покупателей, пока я набью подмаренником несколько подушечек для Элис Бейкер.
Вскоре после полудня явился брат Микаэло.
— Аббат Кампиан сообщил его светлости, что Мартин Уэрдир так и не объявился в аббатстве.
— Иначе и быть не могло. Сегодня утром я собирался сопроводить его в лазарет, но нашел дом опустевшим.
— Позволительно ли будет спросить, почему вы не сообщили об этой ситуации его светлости?
— Я собирался это сделать, но вечером, после закрытия лавки.
У монаха затрепетали ноздри.
— Вот как.
Оуэн вышел из-за прилавка, расправляя плечи.
— Сомневаешься в моей честности, Микаэло?
Монах отпрянул на два шага.
— Я передам его светлости ваши слова. Оставайтесь с миром. — И он тихо вышел.
— Миссис Дигби. — Тилди широко распахнула дверь.
— Да, это Магда, детка. Попроси выйти сюда своего хозяина. Магде нужно помочь кое с чем.
Оуэн вышел из дома. В воздухе чувствовалась сырость, дул сильный ветер. Приближалась буря. Оуэн прищурился в темноте.
— Пошевеливайся. Заноси в дом. Это для твоей семьи.
Оуэн отнес кадушку на кухню. У Тилди засияли глаза.
— Какая огромная туша.
Люси пригласила Марту присесть к огню.
— Это весьма щедрый подарок, миссис Дигби.
— Магда тут ни при чем. Это от музыканта и Пирата. К подарку прилагается вот что. — Она передала Люси клочок пергамента.
Люси нахмурилась, читая послание, а потом принялась хохотать. Передала записку Оуэну."
"— Миссис Уилтон, наконец я предпринял меры. Пусть эта свинка будет вам и капитану Арчеру в радость. Амброз Коутс.
Оуэн посмотрел на Люси, утиравшую глаза кончиком фартука. Магда тоже поглядывала весьма лукаво. Оуэна возмутило, что он не понял очевидного для всех остальных юмора.
— Что смешного? И что он хотел сказать этим: «наконец я предпринял меры»?
Люси сжала руку мужа.
— Помнишь, его сосед держал свинью? Я спросила Амброза, почему он не сообщит куда следует, если свинья так ему досаждает, а он ответил, что не хотел бы затевать ссору с соседями.
— Так это соседская свинья?
Магда кивнула.
— Да, зарезана вчера ночью.
— Значит, вы видели Мартина? — спросил Оуэн.
— Видела. Пират сильно страдает.