Так, они заполучили власть над фейри в Будапеште без каких-либо военных действий, что позволило им продолжать двигаться вперед и укреплять свою армию.
Вот почему я не узнавала многих солдат. Это были люди Леона. Мы все думали, что их эго слишком велико и не позволит им сотрудничать, что, возможно, они даже схлестнуться друг с другом в будущем, но вопреки всему они объединились. А с Еленой в их руках оказалась и Украина.
Мы были в полной заднице.
– Я должен был предвидеть, что без вас двоих не обошлось. – Лукас сжал руки в кулаки, переводя взгляд с матери на Йэна.
– Оглянись, братишка, кто здесь наверху, а кто вот-вот умрет, – огрызнулся Йэн в ответ.
Я крутила головой туда-сюда, мои глаза расширились от шока.
– Братишка?
– Сводный, – усмехнулся Лукас, покачав головой. – Задолго до того, как она встретила моего отца, до того, как воспользовалась им, разбила ему сердце и ушла от нас, когда я был ребенком… – Соня раздраженно сверкнула глазами, как будто тема отца Лукаса наскучила ей.
Каждая мелочь была тщательно спланирована и идеально выполнена – то, кем Йэн приходился Соне, как они продвигали ее на место Киллиана.
Игра.
Надо отдать должное Иштвану. Он разыграл все карты безукоризненно.
Я хотела было бросить взгляд на генерала, но задержалась на Кейдене. По выражению его лица ничего нельзя было понять. Когда-то я могла читать его как книгу, а теперь видела лишь непроницаемую стену. Как он относится к тому, что Иштван женится на его невесте? Что думает об исчезновении своей матери? Я знала, что Кейден очень ее любил, но могла ли власть Иштвана над сыном повлиять и на это?
Я посмотрела на Иштвана.
– Друзья мои, знаю, что вы пришли посмотреть шоу. – Он обращался к Леону и Соне, но не отрывал взгляда от меня. – Не смею больше томить вас в ожидании.
Позади меня заскрипели ворота, раздался звук упавшего тяжелого предмета, и я обернулась.