Нет, я больше не смотрю на папиков. Второго Ивана Васильевича, милого, воспитанного, любимого, очаровательного, вряд ли встречу. Да и не надо, денег мне теперь хватит на десять жизней. Сейчас слегка успокоюсь, поживу в одиночестве, а потом найду себе мужа, молодого, красивого. Но уж после этой свадьбы в нашем семейном холодильнике будет только обезжиренный кефир и салат из редиса. Никто из ниоткуда – небольшая любительница постоянно наступать на одни и те же грабли.
Галина Куликова
Рождество по-русски
Надеюсь, ты взяла с собой нарядное платье? И туфли-лодочки?
Подруга говорила с теми же интонациями, что и работающая мать, которая контролирует свое чадо по телефону.
– Взяла, взяла, – успокоила ее Светлана и торопливо добавила: – Все, я закругляюсь. Уже подхожу к автобусу. Позвоню потом, вечером. Или завтра утром. В общем, как получится.
Автобус был чистенький и яркий и напоминал игрушку, приготовленную в подарок мальчишке.
– А его ты видишь? – прошипела подруга ей в ухо. – Видишь Арсеньева?
– Нет. Наверное, он сидит внутри. Или вообще еще не подъехал.
– Нужно сразу брать быка за рога, – напутствовала та.
– Лера, ты должна понимать, что артист не может интересоваться каждой теткой, которая восхищается его талантом. Так что не жди от меня в понедельник приглашения на свадьбу.
– Тетка? – возмутилась Лера. – Тебе только тридцать. Еще десять лет можно считать себя девушкой.
– Пока, – бросила Светлана и сунула телефон в карман пальто."
"Пальто она одолжила у сестры Тамары: ее собственное было слишком непрезентабельным для того, чтобы появиться в нем «в обществе».