– Открывай! Или пропускать не хочешь?
Лицо хозяина квартиры было никаким: оно не выражало ни радушия, ни радости, не было в нем и печали; больше оно походило на выражение манекена.
Сбросив цепочку, тот уныло произнес:
– Проходите… Коли уж пришли.
– Невесело ты нас, Артем, встречаешь, – хмыкнул Вадим, перешагивая порог квартиры.
Закрыв за гостем дверь, хозяин произнес:
– Повода для веселья не нахожу.
– Это как сказать.
Прошли. Сели. Образовалась некоторая пауза, какая обычно случается перед серьезным разговором, после чего Вадим заговорил:
– Помнишь, Артем, я тебе говорил, что не время?
– Помню, было такое.
– А теперь вот подошло время.
– Вот оно как, – пыхнул хозяин дымком, небрежно бросив зажигалку на полированный стол. – Только ведь теперь мне это ни к чему. Устал я.
Вадим ожидал услышать нечто подобное. Люди, падающие с такой высоты, с какой довелось свалиться бывшему генеральному директору «Промстроймаша» Артему Ильину, рассыпаются от удара на молекулы.
За прошедшее время он как будто бы трансформировался, сделавшись бесчувственным к тому, что творится вокруг. В какой-то степени Артем Ильин напоминал рыбака, сидящего на берегу полноводной реки, все ожидающего какого-то невероятного действа, вот только ничего такого не происходило. Даже поплавок не шевелится, как если бы он был намертво привязан ко дну.
Взор Артема застыл, он будто бы умер на какую-то минуту.
Самое время выводить хозяина квартиры из прострации.
– Послушай меня, Артем, ты сумеешь не только рассчитаться за свое поражение, но и как следует заработать.
Вот он, тот самый поплавок, что выведет Артема из прострации. Парень поднял на Вадима взгляд, потом перевел его на Глеба, стоящего колом за спиной шефа, и тихо спросил:
– Ты мне хочешь предложить деньги, я так понимаю?"
"– Нет, если ты расскажешь все так, как было, то мы поможем тебе вернуться туда, откуда тебя выперли, – просто пообещал Петляков.
– И что я должен рассказать? – На сей раз Артем спросил почти с вызовом.
К подобному ответу Вадим был готов.
– Ты должен будешь сказать всю правду. Выдумывать ничего не нужно. Скажешь, что Верещагин выкрал тебя средь бела дня и месяц держал в заложниках. Грозился убить, избивал.